– Могу я предположить, что вы находитесь с этой дамой не в лучших отношениях?

– Я вообще не нахожусь с ней ни в каких отношениях. Просто я прохладно к ней отношусь. Сама не знаю почему. Может, из‑за слухов, что она жульничает во время игры, – Акация вдруг забеспокоилась. – Только не говорите ей, что я это сказала, ладно?

– Даю слово.

– Ведь я могу и ошибаться.

Со стороны другой группы игроков, расположившихся неподалеку, послышался крик. Джина Перкинс держала что‑то похожее на старинную пижаму. Эта штуковина шелестела, как змеиная кожа.

Гвен подняла Оливера, и они побежали посмотреть, что там случилось. Через мгновение к ним присоединился Тони.

– Оливер и Гвен, – сказал Гриффин Акации. – Кажется, они неразлучны.

– Совершенно верно. А почему вы спрашиваете? – она слизнула остатки подливки с крышки банки.

Гриффин встал и лениво потянулся.

– Не знаю, может, я подумал, что она довольно симпатичная.

Он протянул руку и помог Акации подняться.

– Она восхитительна, – согласилась темноволосая девушка. – Но ваш ли это тип женщины?

– А кто бы мне больше подошел? – они стояли так близко, что почти касались друг друга губами.

Акация повернулась и показала на женщину, нашедшую странный предмет.

– Не знаю. А как насчет Джины? – она улыбнулась через плечо. – Она вообще‑то с Честером, но иногда об этом забывает. Так мне говорили.

Она двинулась к остальным игрокам, и Гриффин последовал за ней.

«Сначала дело, Алекс», – подумал он и погасил улыбку.

Поначалу Гриффин не поверил своим глазам. Хендерсон держал в руках человеческую кожу: пустую, высохшую, темно‑коричневую. Она полоскалась на ветру, как развешенное для просушки белье.

– Что это, черт возьми, такое? – спросил Гриффин.

– Либо какая‑то магия, либо… – Хендерсон погрузился в размышления. – Кажется, существует легенда о людях, сбрасывающих кожу.

С. Дж. подошел поближе и присмотрелся.

– О‑о, – вырвалось у него, и он завертел головой из стороны в сторону. – Где наши носильщики?

Кагоиано выступил вперед. За ним последовал Кибугонаи, крепкий мужчина с плоским лицом.

– Нигораи! Нигораи! – позвал Честер.

Мейбанг с сожалением покачал головой:

– Боюсь, вы держите Нигораи в руках.

Хендерсон удивленно выпрямился, а затем принялся внимательно рассматривать кожу. Обнаружив крошечный белый шрам над левым глазом, он кивнул.

– Вероятно, револьверы, которые он нес, тоже исчезли.

Торопливый осмотр подтвердил это предположение.

– Значит, он был шпионом… врагом дарби.

Честер провел тонкой рукой по лбу, и Алекс заметил, что пальцы Мастера дрожат.

– Опять его обманули, – прошептала Акация.

– Мы потеряли очки, и враги знают о нашем приближении. Это был шпион, – он сделал движение, чтобы выбросить кожу, но остановился. – Нет. Больше эту глупость я не повторю. Когда перерыв закончится, нужно проверить обоих носильщиков. Кроме того, я сохраню кожу. Она еще может пригодиться.

Он осторожно свернул кожу и положит ее в рюкзак.

Когда все вернулись к прерванному завтраку, Гриффин обратил внимание на единственного игрока, который оказался крупнее его самого. У Эймса были песочные волосы и веснушки, а детское лицо странно контрастировало с мощной мускулатурой. Кажется, он один.