– Проктор, посмотри на себя. Ты же едва стоишь на ногах. Если собрался вызволять девчонку, тебе не обойтись без помощи.

Тия была права, но я и так перегрузил свою совесть.

– Тия, подумай. Пока ты остаешься женщиной, ответившей вчера на мой телефонный звонок. Всего-навсего. Тебе позвонили. Ты ответила.

– Ты ведь сам говорил: она совсем молоденькая.

– Это не твоя проблема.

– Но ключи от машины у меня. – Она открыла водительскую дверцу, уселась и посмотрела на меня. – Ну так как?

Я забрался на пассажирское сиденье.

20

Не ехать же за Кэли с пустыми руками. Пришлось сделать крюк.

У своего дома я увидел двоих охранников. Один торчал у входной двери, другой скрывался где-то сзади. Мы остановились. Тия вырулила на обочину.

– Жди здесь, – сказал я ей.

Я выбрался наружу и, прячась за деревьями, стал пробираться к задней части дома.

Второй охранник (хвала ему) храпел в шезлонге.

Оставалось пережать ему сонную артерию локтем: мой единственный, но исправно работающий прием. Охранник храпел, развалившись на сиденье. Фуражка сползла ему на глаза. Я подкрался со спины. Он не сопротивлялся… ну, почти. Бессмысленные дерганья руками и ногами, что продолжались несколько секунд, не в счет. Он сдавленно закричал, но я успел заткнуть ему рот ладонью. Потом он затих.

Я забрал у него электрошокер и через раздвижную дверь вошел внутрь. Дом изменился, я больше не ощущал его своим. Это удивило меня, пока я не понял: по сути, он всегда был домом Элизы, а я просто жил тут. Я осторожно пробрался к фасадным окнам и заглянул в щель между шторами. Куда подевался первый охранник?

Вскоре я получил ответ. Тот, кто дал его, был у меня за спиной.

Завязавшаяся схватка оказалась жестокой, хаотичной и явно неспортивной. Мы молотили друг друга кулаками, пытались применять захваты и даже царапались. Это больше напоминало потасовку на школьном дворе, чем поединок взрослых мужчин. Мы сшибали предметы, опрокидывали мебель. Я даже начал забрасывать противника книгами. (Честное слово, я не выдумываю.) Электрошокеры куда-то делись еще в самом начале поединка. Из коридора мы переместились в гостиную, оттуда в кухню и снова в гостиную. К этому времени оба тяжело дышали.

«Какая тебе разница, Проктор? – думал я. – Ты же все равно умираешь».

Я атаковал.

Опустив голову и выставив вперед правое плечо, я схватил охранника за талию и заключил в крепкие медвежьи объятия. Его ноги оторвались от земли, он упал, увлекая меня за собой. Мы покатились по полу гостиной и на полной скорости влетели в стеклянную дверь, что вела в патио. Треснувшее стекло разлетелось на тысячи блестящих осколков. Я дважды перекувырнулся и вылетел на лужайку, упав лицом вверх.

Охранник тут же оказался на мне.

По его исцарапанному лицу текли струйки крови, глаза сверкали убийственным гневом. Возможно, им приказали ни в коем случае не убивать меня. Как-никак я был зятем Каллисты Лэйрд. Но в ходе нашей схватки все правила полетели к черту. Придавив мне талию, он одной рукой взял меня за горло, а другую сжал в кулак. Еще мгновение, и этот кулак, тяжелый, словно кувалда, опустится на мою физиономию.

Ни он, ни я не видели, как появилась Тия. Неожиданно тело охранника, придавливавшее меня, обмякло. Я взглянул через его плечо и увидел Тию с электрошокером в руке.

– Кажется, я просил ждать меня в машине, – буркнул я.

– Это вместо благодарности?

Я сбросил с себя бездыханного охранника. Тия помогла мне встать.

– Я услышала шум, – сказала она. – Наверное, в соседних домах тоже слышали. Нужно поскорее уезжать.

Я подобрал электрошокер, забрал из кабинета документы, за которыми приезжал, затем взглянул на первого охранника, по-прежнему валявшегося в шезлонге.