— Результаты, которые уже показывает опытная станция, просто выдающиеся, — сказал я, выдерживая паузу. — И мы обязаны по полной программе использовать этот огромный потенциал. Что нам для этого нужно?

Я еще раз обвел взглядом весь зал. Меня действительно слушали, затаив дыхание.

— Первое. Через год-полтора, это самое большое, у нас появиться возможность обеспечивать качественным поголовьем другие хозяйства. Подчеркиваю: год-полтора — это крайний срок, реально справимся раньше. Я говорю о свиньях и птице.Да и молочных коров можно будет оплодотворять быками-производителями с опытной станции. Хочу отметить, что трех позиций в Советском Союзе еще вообще нет: выращивание мясного поголовья КРС, бройлерной курятины и индюшатины. Мы должны воспользоваться этой уникальной возможностью и резко и быстро совершить рывок в нашем сельском хозяйстве. Для этого я предлагаю следующее. Наши ведущие промышленные предприятия берут шефство на колхозами и совхозами области и помогают им строить такие же производственные помещения как на опытной, которая сразу же после завершения строительства начнет обеспечивать их качественным племенным поголовьем.

Я перевел дыхание, заметив, как напряженно замерли в президиуме даже наши сталинградские товарищи, а не только гости из Москвы, прилетевшие накануне.

— Второе. Для достойных результатов в животноводстве и птицеводстве необходимы корма. Поэтому по образу и подобию комбикормового завода на опытной станции надо построить большой завод областного значения рядом с нашим элеватором, — я поднял руку, предвосхищая возможные вопросы. — Я могу говорить несколько часов о том, что еще нужно сделать для подъема сельского хозяйства, но позвольте озвучить только тезисы. Необходимо в ускоренном темпе создать рыбную отрасль, которая по своему потенциалу сопоставима с Астраханью. Выловленную рыбу будем использовать для питания населения и частично направлять на производство кормов. Чтобы повысить урожайность наших сталинградских полей, надо развернуть производство минеральных удобрений, используя для этого газ, который мы скоро найдем в наших степях, и калийные месторождения области.

Я в президиуме, рядом с Виктором Васильевичем, сидели трое прилетевших из Москвы. Двое меня внимательно слушали, а третий, усиленно строчил, записывая мою речь.

Я сразу понял по движениям его пера, что он не просто конспектирует, а стенографирует. Сергей Михайлович этой премудростью хорошо владел в молодости, она позволяла ему свободно слово в слово записывать лекции в институте. И сейчас без проблем понял, что он делает.

Эта ситуация немного напрягла, да и не только меня. Я, во время одной из коротких пауз, поймал озабоченный взгляд Виктора Семёновича, сидевшего справа.

— Кроме того, — продолжил я, стараясь не сбиваться, — надо, используя образцы американской техники, наладить ее производство на нашем Тракторном. Как вы наверняка знаете, благодаря победам нашей доблестной Красной Армии, вопрос «кто кого» уже решен, и я думаю что наше победоносное Красное знамя будет поднято в Берлине над поверженным рейхстагом в первых чисел мая сорок пятого. И уже готовясь к мирной жизни, некоторые заводы возвращаются к выпуску гражданской продукции. В том числе и наш Тракторный, которому поставлена задача возобновить производство тракторов для народного хозяйства. В этой связи я предлагаю коллективу завода взять за образцы оставленную нам американскую технику и начать производство не только тракторов, но и другой сельскохозяйственной техники, в частности самоходных зерноуборочных комбайнов.

Я сделал паузу, чтобы просто перевести дух перед своими заключительными словами. В зале стояла звенящая тишина.

— Перед тем как закончить своё выступление, я должен, уважаемые товарищи, заострить ваше внимание на следующем моменте. Выполнять программу, основные тезисы которой я только что озвучил, мы должны в первую опираясь на свои собственные силы.