— Ну, как? — соэр уселся на табурет напротив заключённой и одарил равнодушным взглядом. — Намерена говорить? Как видишь, никто не пришёл. И не придёт. Заговоришь сейчас, зачту чистосердечное и помощь следствию. Тебя просто утопят. Станешь упорствовать, начнём с малого. Лёгкие пытки, — Брагоньер неприятно усмехнулся, — тоже действенны.

В несвежей рубашке, немного помятый, усталый, соэр, тем не менее, держался господином мира. Он успел связаться с трийским Следственным управлением, переговорить с Сольманом и проверить оснащение пыточной комнаты. Соэр остался доволен и планировал за два дня сломать некромантку. Такая не выдержит боли, не станет терпеть до конца. То есть уже послезавтра начнутся поиски главного тёмного мага.

Майя нашла в себе силы улыбнуться и, облизнув губы, спросила:

— Чужая кровь заводит?

Как и тебя, — тем же вызывающим тоном ответил Брагоньер. — С удовольствием посмотрю, как сдохнешь.

— Неужели совсем не нравлюсь? — продолжала гнуть свою линию некромантка.

— Неужели мы это вчера не прояснили? Имя, фамилия?

Соэр извлёк из кармана блокнот, а расторопный следователь принёс чернильницу и стопку гербовой сероватой бумаги.

— Будете сами?.. — он вопросительно глянул на Брагоньера.

— Писать? — тот задумался, потом перевёл взгляд на напряжённую Майю, забывшую снова нацепить на лицо томное выражение. — Нет, пожалуй. Госпожа ведь всё нам расскажет?

Соэр встал и вплотную подошёл к некромантке. Та хотела плюнуть ему в лицо, но не успела: Брагоньер зашёл за спину. Он знал, это нервирует, поэтому сознательно встал там, где Майя не могла его видеть.

— Итак, как вас зовут?

Некромантка промолчала.

По знаку Брагоньера палач, насвистывая, начал готовить стол для пыток. Он неспешно протёр его, проверил ремни, наполнил водой ёмкости в держателе и тщательно осмотрел — не дырявая ли? — воронку.

— Верхом, низом? — палач сплюнул вязкую от жевательного табака слюну.

Соэр задумался и опустил большой палец вниз. Палач заметно повеселел и подмигнул Майе. Та скривилась и отвернулась. Оставалась слабая надежда, что Брагоньер запретит, но некромантка особо не верила в его доброту. Это тоже своего рода пытка.

— Ты же тёмная, вам подобное нравится, — прокомментировал её реакцию соэр.

Его действительно не волновало, развлечётся палач до пытки или нет. Тёмные не люди, ничего омерзительного в подобных вещах нет.

— Ублюдок! — не выдержав, взорвалась Майя. — Эльес вам всем шею свернёт!

— Итак, его зовут Эльес, — самодовольно улыбнулся Брагоньер. Рыбка попалась на крючок. — Фамилия? И как величать вас? Ответите, прикажу развязать.

Некромантка застонала, проклиная себя за длинный язык. Она ведь дала слово! Но всё, отныне Майя будет молчать.

— Ну же, смелее. Облегчите свою участь.

— Майя, — сквозь зубы процедила некромантка.

Брагоньер кивнул и вновь встал так, чтобы Майя его видела. Раз она начала говорить, то скажет всё.

— Фамилия, госпожа?

— Чтобы вы родных убили? Я не дура!

Соэр пожал плечами и подал знак отвязать узницу. Под конвоем её отвели в допросную, Брагоньер же задержался в пыточной, чтобы дать указания палачу.

Пока Майя мучилась в полумраке тюремных казематов, мэтр Карен размышлял, как выполнить указания заказчика.