— Девочки меня отныне интересуют только как следователя, — повысив голос, ответил соэр. Реплика предназначалась для Эллины, и та виновато улыбнулась, просветлела лицом. — Вас обеих же ждут в Управлении для опознания тела. Завтра к полудню, кабинет господина Ирджина.

Пусть взглянут на убитую и скажут, работала ли та проституткой. Если да, история становится всё запутаннее.

— Устала? — Брагоньер и не думал скрывать своё отношение к Эллине.

Работницы борделя оказались догадливыми и деликатно вышли за дверь. Кажется, «мама» бранила брюнетку за то, что та не сумела соблазнить инквизитора.

Гоэта кивнула и присела рядом с любовником.

— Вижу, тебе здесь привычно, — против воли в голосе Эллина промелькнула горечь. От одной мысли, что некогда какая-нибудь из тех девиц в общей гостиной касалась соэра, ласкала его, тошнило. — Мерзкое место!

— По-моему, хороший бордель, — пожал плечами Брагоньер и неожиданно ухватил гоэту за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза. Пальцы несильно сжали, просто фиксируя, не желая причинить боль. — То, что ты сказала в экипаже, правда?

— Что именно?

Эллине стало неуютно под взглядом любовника. Он опять обжигал, стал взглядом инквизитора, таким, каким гоэта увидела его впервые.

— Ты знаешь, — нажимал Брагоньер. — Да или нет?

Гоэта смутилась и попыталась отвернуться. Куда там! Пальцы Брагоньера сжались сильнее, не позволяя избежать неприятного ответа.

— Ольер, пусти! — зашипела Эллина. — Мне больно!

— Прости, но иначе ты сбежишь.

— Ты сам знаешь! — сердито выпалила гоэта и ударила его по руке. Хватка разжалась, и Эллина вскочила на ноги. — Я не преступница, чтобы практиковать на мне свои штучки, демонов инквизитор!

Брагоньер сначала насупился, а потом расхохотался. Эллина недоумённо смотрела на него: на её памяти соэр никогда не смеялся. Только вот в глазах смешинок нет.

— Да, теперь я знаю, — отсмеявшись, самодовольно улыбнулся Брагоньер, — и мучить больше не стану. Я всегда говорил, госпожа Тэр, вы не умеете скрывать правду и всегда говорите больше, чем хотите.

— Полагаю, всё, что узнала, расскажешь уже в гостинице, — соэр вновь стал серьёзным. — Не вижу необходимости задерживаться в неприятном тебе месте.

Глава 10. Тайный воздыхатель

Её величество Алисия ли Аризис, супруга его величества Донавела, покачивала ножкой в розовых домашних туфлях на каблучке. В своём будуаре она позволяла себя подобные вольности, хотя за его дверьми не надела бы такой безвкусицы, как поросячий цвет. Только пепел розы, остальное — дешёвка.

Кремовое утреннее платье без корсажа не скрывало пышных форм, которые восхвалял, искренне и ради почестей, не один поэт. Королева действительно была хороша, даже лёгкая полнота после родов ничуть не испортила её. Лицо сохранило все те черты, которые некогда принесли её величеству льстивое имя смертного воплощения Сораты. Никакой сладости, никакой надменности, идеальная кожа, мягкая линия губ, длинные ресницы и пронзительные, небывалой чистоты глаза цвета корицы.

Вокруг её величества кружком расположились фрейлины. Они пили кофе и услаждали слух королевы последними сплетнями.

— Что герцог? — её величество потянулась к подносу с письмами и взяла первое попавшееся. Ближайшая фрейлина поспешно подала госпоже нож для бумаг.