— Ты что, оплакиваешь его?

— Он был добр ко мне и…

— Он солгал тебе, сказав, что ты — его жена, скрыл от тебя прошлое… или по крайней мере то, что считал твоим прошлым…

— Я не намерена это прощать. Но он заботился обо мне, был добр ко мне и умер ужасной смертью.

— И чуть было не увез тебя с собой.

— Он спас мне жизнь!

— Сначала ответь, каким образом ты там оказалась? Он же спасался бегством, Стефани, скрывался… Чаще всего женщины предпочитают не связывать свою жизнь с мужчинами, за которыми охотятся. Что он замышлял? Может быть, очередную аферу вроде той, с «Уэстбридж». А ведь он мог бы заняться и чем-то законным.

— «Уэстбридж»? Это что, компания Макса? А чем она занимается?

— Ах, ты не знаешь? Хотя, конечно, откуда тебе было знать? Эта история выплыла наружу в декабре прошлого года. Компания занималась контрабандным вывозом антиквариата из стран третьего мира. У них были клиенты, готовые заплатить миллионы долларов за какую-нибудь вазу, надгробие или фрагмент мозаичного пола… Но кроме этого, они подделывали редкие фарфоровые изделия, для них это было чуть ли не хобби. Если Макс занимался тем же самым в Марселе… а, кстати, чем он там занимался?

Стефани заколебалась, охваченная странным чувством: она не хотела выдавать Макса после его смерти, даже Сабрине. Но им нужно об этом поговорить. Слишком многое связано с Максом — как в Лондоне, так, возможно, и в Марселе.

— Он занимался изготовлением фальшивых денег и продавал их по всему миру.

— Господи, он неисправим, правда? Наверное, он контрабандным путем ввозил их в те страны, где они были нужны. Как же иначе?

— Да.

— Как называется его компания?

— «Лакост и сын».

— У него не было сыновей.

— Ему нравилось, как это звучит. Наверное, ему казалось, что название любой компании, в которой заправляют отец и сын, звучит солидно.

— А кто на него работал?

— Ах, у него были люди во многих странах. Здесь я никого из них не знаю, за исключением Эндрю. Эндрю Фрик. Гравер. Художник, как называл его Макс. Настоящий гений.

— А где он? Нам надо с ним поговорить.

— Не знаю. Он исчез.

— Ты что, звонила ему, ходила к нему домой?

— Робер пытался потом разыскать его, но того и след простыл. Телефон в офисе «Лакост и сын» отключили, ни в самом офисе, ни на складе ничего не осталось. Робер позвонил в полицию, но и они ничего не нашли. Даже клочка бумаги.

— Это Фрик позаботился о том, чтобы там все было чисто?

— Или еще кто-нибудь. Я же не знаю, сколько людей работало здесь на Макса.

— Ты там никогда не была?

— Нет. Макс говорил, что мне все это покажется скучным. К тому же после того, как я встретила Леона…

— Ты хотела оставаться дома, когда Макс уезжал в Марсель.

Стефани кивнула. Их глаза встретились.

— Мы с ним никогда не понимали друг друга. Я пыталась его понять, потому что знала, что он любит меня, и была благодарна за все, что он для меня делал, но так и не смогла смириться с тем, что замужем за ним.

— Потому что так оно и было на самом деле. Даже Максу Стювезану не удалось тебя одурачить.

Эта безобидная шутка в адрес Макса, уверенного в своей способности всех убеждать, заставила их улыбнуться. Сабрине пришло в голову, что в это мгновение они с сестрой вели себя так, как и привыкли — вместе и сообща решали, что делать, как бывало не раз, пока они росли, полагаясь друг на друга и ища взаимного дружеского участия, любви и понимания.