— Звучит интригующе! Мне бы страшно хотелось посмотреть, что из этого выйдет. А можно мне с вами? Обещаю, я буду вести себя тише воды, ниже травы. Вы даже не почувствуете, что я рядом.

— Нет, не стоит, но мы обязательно тебе все потом расскажем. Где ты остановилась?

— В «Клэриджз». Кстати, я встречалась с Брайаном в «Амбассадорз». Мне очень нравится магазин, Сабрина. Так приятно ощущать, что я теперь его владелица.

— Может получиться так, что ты станешь заодно и владелицей «Блэкфордз». Поговорим об этом чуть позже.

— «Блэкфордз»? Но там же дела идут из рук вон плохо.

— Это как раз одна из причин, по которой я готова уступить его тебе всего за пятьдесят тысяч фунтов стерлингов. Под твоим руководством он возродится. Ведь, даже живя в Бразилии, ты будешь управлять им лучше Николаса.

— Возможно, но я ведь еще даже не задумывалась, нужно ли мне его покупать. О, Господи, еще одна проблема, над которой придется ломать голову. Значит, вы наотрез отказываетесь взять меня с собой на встречу с Дентоном?

— Да, отказываемся, да и по большому счету ты ведь тоже на это не рассчитывала. Мы завтра тебе позвоним, после того как встретимся с ним. Скорее всего ближе к вечеру.

— Ближе к вечеру меня здесь уже не будет. Я уезжаю в Париж.

— Ах, вот как! — И я тоже, чтобы неделю провести вместе с мужем. Но когда он узнает, что я ему лгала все это время, когда узнает, что Стефани осталась в живых…

А что еще произойдет до этого, после того, как мы со Стефани, наконец, поговорим обо всем, чего старательно избегали эти три дня?

— Мы тоже туда собираемся, — сказала Стефани, стараясь не замечать быстрого, удивленного взгляда Сабрины. — Завтра к вечеру мы будем уже в Париже. Когда приедем, можем тебе позвонить.

— Вот и отлично. Может быть, поужинаем вместе? Только по-настоящему, а не так, как в этот раз. Я остановлюсь в «Реле Кристин». А вы?

Стефани бросила взгляд на Сабрину.

— В «Отеле», — ответила Сабрина, сжимая руки на коленях.

— Замечательно, значит, мы будем в нескольких кварталах друг от друга. Завтра вечером я вам позвоню. Впрочем, нет, завтра вечером меня встретит Антонио, а ему трудно будет примириться с тем, что вечером я могу думать о чем-либо еще, кроме него. Может быть, встретимся в субботу утром?

— Отлично, — ответила Стефани. — Мы свободны в субботу с утра до вечера.

Сабрина сидела молча. В субботу с утра до вечера. А в воскресенье приезжает Гарт. У нас есть целый день, чтобы поговорить, решить, что мы будем делать в воскресенье, по крайней мере в те воскресные часы, которые еще в нашей власти.

Сделав знак официанту, Сабрина попросила принести счет.

— Послушайте, — внезапно сказала Александра, — мне хочется, чтобы вы знали, что я люблю вас обеих. Наверное, если бы я лучше знала Стефани, я бы заметила между вами разницу, но для меня вы обе сейчас воплощаете собой Сабрину, и я люблю вас. Извините, я понимаю, что это звучит как настоящее безумие, но…

— Ничего страшного, — сказала Стефани и дотронулась до руки Александры, словно ища опору, чтобы самой не упасть. — Я и сама толком не знаю, кто я.

В тот вечер, как и каждый день, ровно в полночь Сабрина позвонила домой. Там уже ждали ее звонка: Клифф сидел на диване в кухне, Пенни была в кабинете Гарта, а миссис Тиркелл стояла рядом, дожидаясь, когда Клифф передаст ей трубку, чтобы перекинуться парой слов с Сабриной.

— У тебя взволнованный голос, — сказала она, разговаривая с Клиффом.