— Утром. Примерно в половине десятого. Я приготовил тебе сюрприз. Я говорю тебе о нем сейчас, так что у тебя будет пара дней, чтобы попытаться угадать.

— И ты тоже? А то Пенни с Клиффом что-то замышляют… Гарт, что происходит?

— Они что, говорили загадками? Надо будет у них спросить. Любовь моя, потерпи до воскресенья. Я уже начал считать часы, остающиеся до нашей встречи.

— Теперь уже совсем скоро, — пробормотала Сабрина. — Ах, Гарт, я люблю тебя. Ты так много значишь для меня, для моей жизни… Извини, — поспешила сказать она и заставила себя продолжать непринужденным тоном. — Я что-то слишком расчувствовалась. Я скучаю без тебя. Я люблю тебя. Завтра позвоню тебе из Парижа.

Спустившись вниз, она увидела Стефани в кухне. На столе стояли чашки кофе с молоком и рогалики.

— Это, конечно, нельзя назвать завтраком по-американски, — задумчиво проговорила та. — Я, похоже, стала самой настоящей француженкой. Правда, странно? Знаешь, ведь на протяжении десяти месяцев я не говорила по-английски и не слышала, как говорят по-английски. А сейчас то и дело слышу какое-нибудь слово и ловлю себя на мысли, что мне страшно, потому что не знаю, что оно значит, а раньше я и думала и говорила по-французски, и это получалось само собой. Просто уму непостижимо, правда? Даже язык… и этого я лишилась. — Она машинально перебирала салфетки на столе. — Ты утром разговаривала с Гартом? Я рано поднялась и, когда спускалась вниз и проходила мимо твоей комнаты, слышала твой голос.

— Да. А вчера вечером я разговаривала с Пенни и Клиффом. У них все отлично: дел полным-полно, жизнь бьет ключом, к тому же они что-то затевают.

— Затевают?

— Они, правда, стали все отрицать, но я почувствовала по голосу Клиффа, что это так. Наверное, готовят мне какой-нибудь сюрприз в школе. Раньше так уже бывало.

— Да, я помню.

В задумчивости они позавтракали, и тут зазвонил телефон. К нему подошла Стефани, потому что каждое утро, ровно в десять… наши телефонные разговоры стали уже похожи на ритуал, подумалось Сабрине… звонил Леон.

Когда Стефани вернулась, она вскинула голову и посмотрела на сестру.

— Ну что?

— Он хочет купить дом. — Она взяла чашку обеими руками. — Он нашел какой-то старый дом на горе, рядом с базиликой, и теперь хочет сделать там ремонт. Футах в пятидесяти от него есть какое-то строение, которое подошло бы для его мастерской. Он сделал бы крытый переход, по которому можно будет ходить в дом и обратно. Сам дом очень большой. Он говорит, что там… много свободного места и для детей.

У Сабрины вырвался слабый вздох, и она инстинктивно замкнулась в себе. Стефани невидящим взором уставилась в окно, выходящее на улицу, мысли ее были далеко. Вновь зазвонил телефон, и, минуту помедлив, Сабрина встала и сняла трубку.

— Стефани? Говорит Дентон Лонгуорт. Насколько я понимаю, ты мне звонила. Ты хотела подъехать к двум? Конечно, подъезжай, но, может быть, сначала скажешь мне, в чем дело, а то ведь ни к чему ехать так далеко…

Насторожившись и уловив тревожные нотки в его голосе, Сабрина бросила взгляд на Стефани, прошептав одними губами «Дентон», а потом спокойным тоном ответила:

— Ехать не так далеко, к тому же мне не хотелось бы обсуждать серьезные вопросы по телефону.

— Ну что ж, почему бы тогда тебе не приехать прямо сейчас? Ждать ни к чему. Ведь я уже здесь, и сегодня у меня нет никаких особых дел… Знаешь, я вернулся раньше, чем планировал, и пока еще не успел ничего наметить на ближайшее время… так что приезжай прямо сейчас!

— Отличная мысль.