Наконец лэпхо вспомнил, где находится, и решил, что ждать восхода солнца - неправильно. Он пошарил рукой вокруг и вскоре пискнула Ларимма.
- Идем!
- Куда?..
- Салакуни ловить, или хоть думать, как его поймать, и-эмма! Я не крот, чтобы сидеть здесь целый день!
Проверив, на месте ил амулет, путешественники взялись за руки и осторожно прошли по коридорам. Как и следовало ожидать, они заблудились, но встречные, хоть и жестоко толкали их, все же проявили доброту и объяснили, как попасть к выходу. Здесь их глаза впервые увидели свет. Крышка то сдвигалась, но возвращалась на место: это сновали туда-сюда люди.
- Как муравьи, - тихонько засмеялась Ларимма.
Отстояв очередь к корзинам, они вымазались в глине и с удовольствием поднялись по лесенке. Жители расходились на дневные работы, причем распределял задания большинству Пуш-Мача. Он помахал гостям рукой.
- Чем собираетесь заниматься, путники?
- Ты же знаешь, с какой бедой мы пришли, - напомнил Чиптомака. - Может быть, твой прадедушка сказал что-нибудь про народ мга?
- Не прадедушка, другой, - вежливо поправил Пуш-Мача. - Да, мы немного поговорили, но он быстро устал. Пока могу вас обрадовать: он помнит ритуал. Я даже не знал, что народ мга занимался такими ужасными вещами... Впрочем, цели у них были благие. Будущей ночью я опять буду говорить с ним, и тогда окажусь готов помочь вам, так Узден велит поступать с гостями, верно?
- Кто, и-эмма? - опешил лэпхо.
- Узден - один из двенадцати богов Чамка-Ти, - выручила его Ларимма.
- Не один из двенадцати, а самый милосердный, самый важный для людей! - мягко поправил ее мужчина. - Подумать только, ведь и мга, и даже некоторым более поздним моим предкам важнее был какой-то Джу-Шум...
Тут же его позвали, и Пуш-Мача отошел, напоследок предложив распоряжаться его сыном в качестве проводника. Чиптомака так и остался стоять с открытым ртом, Ларимма успокаивающе погладила старика по плечу.
- Не принимай близко к сердцу! Это всего навсего одно из многих диких племен, о которых никто ничего не знает. А Джу-Шум - велик!
- Но почему он это терпит?.. - покачал головой лэпхо и почесал вытатуированное на груди изображение страшного хозяина холодного ада. - Стольких людей наказывает каждый день в джунглях, а вот эту подземную деревню терпит... Найти не может? Эй, Чунга-Заш!
Юноша уже и сам шагал к ним, вместе со стайкой своих обычных товарищей. Он поздоровался и еще раз извинился за произошедшее ночью.
- Обычно никому в голову не приходит сбегать, - объяснил он. - Вот мои друзья и не убереглись.
- Вы бываете в джунглях? - прервал его Чиптомака.
- Ну а как же? - опешил юноша. - Там охота, рыбалка на ручьях, да и огороды наши возле самого леса. Где же нам еду брать? На красных холмах никто не живет. Пойдемте, я вам покажу, это совсем рядом.
- Почему же вы тогда живете здесь, в темноте? - жалостливо поинтересовалась Ларимма.
- Так потому что здесь нет никого, - опять удивился Чунга-Заш. - Здесь спокойно. А в джунглях звери хищные, змеи, насекомые... По-моему, мы как надо живем.
Они последовали за юношей и его друзьями через холмы, и вскоре впереди показалась стена деревьев. Красные холмы переходили в обычную зеленую растительность резко, полоска чахлой растительности, убиваемой остатками Погибели, оказалась совсем тоненькой.
- Джунгли каждый год наступают, - удрученно сказал Чунга-Заш. - Когда я был маленький, деревья начинались только вон там...
- Мне его так жалко, - тихонько сказала Ларимма. - Бедный мальчик, живет здесь... Он женщин видит только измазанными в глине, а под землей темно. И на меня совсем не реагирует, бедный.
- А мне показалось, ты ему нравишься, - ответил лэпхо.
- Да, но... Он не реагирует, ты понимаешь, что я имею в виду? Посмотри на его повязку.
- Это потому что ты в глине, - предположил Чиптомака. |