Когда она двигалась дальше, Саммер держала петли каната руками в своем положении, пока рассматривала Кровавого Мужчину. «Ищи по дороге пути побега», — приказывал ей кошачий голос, который уже помогал ей при многих побегах. «Обращай внимание на то, чтобы лошадь не могла следовать за тобой. Лучше иди по воде. Берегись Кровавого Мужчину».

Они всё ещё передвигались вдоль заброшенных железнодорожных путей, но постепенно терялись и эти признаки цивилизации. Ручей стал шире, плакучие ивы стояли на берегу как женщины с длинными заиндевевшими волосами, которые рассматривали себя в зеркале воды. Позади групп ив выстроились в ряд расщелины в скалах как двери к каменному залу.  Саммер выбрала один проход, из которого текла вода, и в который впадал ручей. Это был хороший знак, который все же показывал, что это, в самом деле, был проход и не какая-то закрытая пещера. Теперь она должна была обеспечить себе безопасность, чтобы Кровавый Мужчина не мог озираться на нее, когда она убежит.

Она стала идти медленнее и намеренно спотыкалась, чтобы канат явно двигался рывками. Как ожидалось, он на нее оглянулся. В этот короткий момент, в который встретились их взгляды, в ней сверкнула искра сомнения. Будет ли разумным сейчас убегать? Что-то в прошлом объединяло их?

«И очевидно за это ты должна расплатиться жизнью», — немедленно возразила она. И тем не менее, воспоминание о его близости надоедливо жужжало в ее голове как мотылек, не оставляя в покое. Она даже пыталась найти доказательства того, что он был не таким жестоким, как выглядел. Он ничего не имел общего с пожаром театра. «Но он убил бы меня в Маймаре! Он похитил меня, и тащит позади своей лошади как рабыню!»

Наконец, она опять почувствовала злость на него, и порыв далеко убежать, чтобы он никогда не смог отыскать её снова. Она торопливо сняла кандалы и веревку с пояса. Длинный канат следовал за лошадью как змея, волочился по дороге дальше и исчезал с последним ухабистым вилянием в высокой траве. Теперь она не могла удержаться от торжествующей улыбки. «Свобода!»

Она пятилась несколько шагов и массировала свои онемевшие запястья, потом втянула голову в плечи и скользнула в сторону к ручью. Холодная вода окружила её колени, а уже при следующем шаге её бёдра. Она перешла вброд вверх по течению небольшой участок ручья к скальной расщелине. К её удивлению, вода, которая стремительно вытекала из скальной расщелины, была необычно глубокой. Внезапно она стояла по грудь в вспенивающемся потоке реки и должна была цепляться за края скальной породы, чтобы проталкивать себя вперёд. На неё упала тень, когда она, наконец, смогла спастись бегством. Её окружило эхо от капель и смешалось с ее тяжелым дыханием, пока она спешила вперед. На другой стороне она слышала шум похожий на водопад. И крики чаек! Они должны быть уже поблизости от фьордов. Запыхавшись, она достигла конца скалистого прохода и на четвереньках влезла на крутой берег. Её руки оставляли тесные отпечатки на тонком слое заиндевевшего мха. Вода бурлила вокруг нее, распыляя водяные брызги, и по ее левую руку она обнаружила что-то похожее на водопад, который как занавес из воды и пены изливался на скалы. Над низкими каменными порогами впадал поток воды, огибая бурлящий ручей. Поэтому течение было таким сильным! Она быстро обхватила взглядом окрестности и потом побежала направо – туда, где скалы переходили в лабиринт из узких проходов. Только один раз она услышала треск и отогнала мысль о звериных бегунах.

Все же потом она различила... фырканье лошади? Но он едва ли сможет пробраться через узкие расщелины в скалах! Оглянувшись через плечо, она убедилась в обратном. Она как раз увидела, как из воды выскочила лошадь в каскаде сверкающих капель воды. Ручьи стекали с ее гривы, и Кровавый Мужчина на спине лошади был совершенно промокший – он потерял меховую шапку, сквозь каштановые пряди волос его глаза, казалось, особенно ярко горели, и его рот был бледной от ярости линией.