– Чем могу помочь? – сказала она.

– Ну, я вообще‑то хотел... м‑м‑м... вступить в вашу церковь... или, по крайней мере, познакомиться с ней и...

– Вы были вчера на слете?

– На слете?

– Ну конечно. В Центральном парке. Мы там распространяли свое учение.

Джек вспомнил, что по пути к Марии Роселли он прошел мимо какой‑то шумной группы людей.

– Ах да! Вот там‑то я и услышал вещи, которые заинтересовали меня, и я... – Он ткнул пальцем в металлодетектор. – А это‑то зачем здесь?

Кристи продолжала улыбаться.

– Необходимая предосторожность в этом мире террористов и фанатиков других религий, которые чувствуют угрозу в фантастическом расширении дорментализма.

Джек прикинул, сколько ей потребовалось времени, чтобы все это выучить.

– Ага. Понимаю.

– Если вы просто положите ключи и мелочь в эту небольшую коробочку – как в аэропорту, – я смогу пропустить вас.

Как в аэропорту... последняя встреча Джека с аэропортом запомнилась ему волнующими моментами. Но тут его не ждет ничего подобного.

Опустошая карманы, он увидел, как в двухэтажный холл высыпала еще одна группа людей в серой униформе самых разных возрастов.

Холл... все верно. Все как и было. Это здание строилось не как церковь или храм; скорее оно смахивало на отель. Вдоль задней стены тянулась галерея. Если присмотреться, видны следы старых украшений в стиле ар‑деко; так и кажется, что где‑то у стойки регистратора болтается Джордж Рафт[11].

Но поскольку вокруг него прохаживались люди в полувоенной форме, он себя чувствовал, словно попал на конвент поклонников фильма «Звездный путь».

– Вы что, носите форму все время?

– О нет, сэр. Только в храме – и, конечно, когда направляемся сюда и покидаем его.

– Ну конечно.

Он увидел женщину в мундире, которая, войдя, направилась к турникету. Она вставила карточку в прорезь автомата, подождала пару секунд и прошла барьер.

Джек улыбнулся:

– Карточки метро принимаете?

Кристи хихикнула:

– О нет. После того как вы достигнете определенного уровня, вы получите карточку‑пропуск, которая закодирована в нашем компьютере. Видите Паладина Храма?

Джек обратил внимание на коренастого мужчину, сидящего в будочке в десяти футах от них. Покрой его куртки был такой же, как у нее, – но темно‑красного, почти пурпурного цвета.

– Когда вы пускаете в ход карточку, ваше лицо появляется на экране и вас пропускают. – Она с извиняющимся видом улыбнулась Джеку. – Но таким новичкам, как вы, боюсь, придется проходить здесь.

Второй раз за несколько часов Джек прошел через рамку металлодетектора. Пока он собрал мелочь и надевал часы, Кристи подняла трубку и что‑то пробормотала в нее. Положив ее, она с улыбкой повернулась к Джеку:

– Скоро за вами придут и проведут в помещение для интервью.

– Кто?

– Атоор.

Она произнесла это имя с таким выражением, с которым некоторые женщины говорят «Билл Клинтон».

6

Через несколько минут появился симпатичный парень лет примерно тридцати и протянул ему руку.

– Добро пожаловать в нашу церковь, – сказал он, улыбаясь, как и все, кого Джек видел. – Я Атоор, и на стадии знакомства я помогу вам.

Джек пожал ему руку.

– А я Джек. Джек Фарелл. Пардон... но вы в самом деле сказали, что вас зовут Атоор?

– Да, это имя моего кселтона.

– Он на Пятой Ступени, – сказала Кристи. Ее сияющее восторгом лицо приобрело глуповатое выражение.