|
Можно подумать, что она сама по уши влюблена в этого маркиза — так описывает его характер, что, поверь я хотя бы половине из того, что она мне пишет, скорее всего решила, что он, видать, просто Архангел Божий. Так что, раз уж у меня сидел Нэд в тот момент, когда мне принесли газету и письмо, который не мог мне сказать ничего определенного об этом маркизе, кроме того, что он известный спортсмен, я и решила, что пойду-ка прямиком к вам, леди Серена. «Попомните мои слова, — сказала я Нэду, — миледи уж точно все про него знает!» Вы не должны смущаться говорить в его присутствии, дорогая моя, ведь он мне все равно что сын, и до чего же мне бывает жаль, что это не так! И более того, он прекрасно знает Эмму, ведь когда она жила у меня, они с ней часто виделись, он ездил с нами на ассамблеи, в театр, ну и все такое.
Серена бросила взгляд на мистера Горинга, но лицо его ничего не выражало. — Да, я полагаю, что лорд Ротерхэм очень хорошо известен в спортивном мире, — сказала Фанни бесцветным голосом. Мистер Горинг поднял взгляд от бокала с вином, который он до сих пор внимательно рассматривал. — Ну, начнем с того, что мне не нравятся его спортивные увлечения, — с подозрением сказала миссис Флор. — Если маркиз увлекается скачками, это означает, что он играет на бегах, а у меня один игрок уже висит на шее, и другого мне не надо. Фанни была слишком увлечена мыслью о том, что Ротерхэм может повиснуть у миссис Флор на шее, так что она не решилась отвечать. Серена же рассмеялась и сказала: — Не беспокойтесь, мэм! У Ротерхэма огромное состояние, и он куда больше увлекается боксом, стрельбой и охотой, чем скачками! — Рада слышать это, моя дорогая! Но не могу сказать, что мне очень нравится бокс, да и для маркиза это, по-моему, неподходящее занятие. Однако Нэд говорил мне, что среди светских красавчиков это самое обычное дело. Да ведь в любом случае не будет же он таскать за собой Эмму по спортивным залам. Но если он думает, что заставит внучку разъезжать вместе с ним и заниматься стрельбой да охотой, вот тут он ошибается. Господи, да она же до смерти перепугается. — Я полагаю, мэм, что ему известно, что она… Не разделяет его наклонностей. — Ну, если это ему и неизвестно сейчас, так он поймет это в первый же раз, когда увидит, как она плачет, увидев, что кошка поймала мышку, — сказала миссис Флор и проницательно посмотрела на Серену. — Скажите мне, дорогая, сколько ему лет? — Ему тридцать восемь, — спокойно ответила Серена. — Тридцать восемь!.. Боже мой, да ведь он же на двадцать лет старше ее! — вскричала миссис Флор в ужасе. — Это так. Но глаза у него не злые, смею вас заверить, — сказала Серена со слабой улыбкой. — Ну а если не так, то хотела бы я знать, как это его еще до сих пор не окрутили? — едко спросила миссис Флор. — У него ведь с головой все в порядке, а? — Еще бы! Он очень умный человек в расцвете лет. — Ага, это уже лучше! — воскликнула миссис Флор. — А собой он хорош? — Нет. Я бы сказала, что наружность у него своеобразная, но он определенно некрасив, мэм. — Вы так хорошо его знаете, дорогая моя? Фанни бросила на Серену беспокойный взгляд. Поколебавшись минуту, Серена ответила: — Очень хорошо. Я знакома с ним всю мою жизнь. — Вот так раз! Что я тебе говорила! — повернулась миссис Флор к своему спутнику. — Я точно знала, в какую лавочку идти. Тогда ответьте мне, пожалуйста, миледи, будьте уж столь любезны, я ведь знаю, как вы добры. Этот человек сможет стать моей Эмме хорошим мужем? — О, я надеюсь, что так, мэм! Он может дать ей… прекрасное положение, огромное состояние, связи… — Все это я и так знаю, — мрачно ответила миссис Флор. |
