|
Выходим немедленно. Гоголь не отдавал специальных команд, но его отряд казался хорошо вымуштрованным. Прощаться в Зоне не принято, поэтому те, кто вытащил короткую спичку, без лишних слов разбежались по корпусу, занимая удобные для ведения огня позиции. Остальные выстроились в неровную колонну по двое; шествие возглавил сам Гоголь. Фримены хмурились, но в глазах светилось ожесточение — они были готовы к бою. Ближайший путь к Свалке пролегал через узкий овраг между двумя высокими холмами. Тоже поганое место — десятки аномалий, выросших впритирку друг к другу, радиоактивный фон на вершинах и склонах превосходит норму в сотни раз. Если осторожно, то пройти можно, но до оврага ещё предстоит преодолеть полтора километра по заболоченному лугу, сделавшись на какое-то время идеальной мишенью для вертолетов. И те не заставили себя ждать. Едва группа миновала внешнее ограждение агротехнического комплекса, на севере появился «Ми-24». Он шёл на высоте порядка семисот метров, откуда для пилота и бортстрелка открывался отличный обзор на Тёмную Долину. Фримены заволновались, но Гоголь пресек естественное желание подчиненных спрятаться в укрытие. — Друзья мои, вперёд! Нельзя останавливаться! Он сам побежал впереди, не забывая, впрочем, огибать аномалии на безопасной дистанции. Фримены и учёные не сумели выдержать колонну, рассыпались на мелкие группы, но в целом неплохо держали заданный темп. За ударным «Ми-24» в небе появился огромный и неуклюжий «Ми-26». Обе машины направлялись к агротехническому комплексу, но первая вдруг накренилась и поменяла траекторию. Заметили! Трудно было не заметить. — Штурмовик идет к нам! — крикнул один из фрименов. — Вперёд! — откликнулся Гоголь. — Только вперёд! Группа продолжала бежать в сторону оврага. «Ми-24» легко нагнал её, пролетел над головами, демонстрируя зелёное брюхо и боевую подвеску: спаренную пушку в нижней носовой установке и два контейнера с пулеметами на внешних узлах. Над холмами вертолет развернулся и, снижаясь, полетел прямо на бегущих людей. Тут нервы не выдержали и у Гоголя. — Всем рассыпаться! — крикнул страж «Свободы», а сам упал на живот, целясь в вертолет из автомата. Шансы были невелики, но Зона помогла фрименам. «Ми-24» словно ухватила гигантская невидимая рука. Его опрокинуло вверх тормашками, главный винт оторвало сразу, потом фюзеляж начал мяться, словно был сделал из пластилина. Вниз посыпались обломки. Что происходило в кабине, и представить было страшно. Вертолет загорелся и задымил, после чего невидимая рука отбросила его далеко в сторону. — Гипервихрь! — отчетливо произнес Гоголь, вставая на ноги. — А ведь честно предупреждали… Всё произошло за каких-то десять секунд, но этого времени оказалось достаточно, чтобы пилот второго вертолета верно оценил ситуацию и бросил свою машину вниз. Он рисковал, потому что на высоте ста метров уже начиналось действие наземных аномалий, но ему повезло — «Ми-26» без проблем приземлился на то место, где спасательная экспедиция попала в засаду бюреров. Из открывшегося люка начали выпрыгивать «долговцы», и тут же в них с крыши административного здания ударил белый луч Гаусс-пушки, защелкали выстрелы, бухнул гранатомет. |
