– Даже лучше, – сказал я, чувствуя, как что-то внутри меня наполняется невероятной наглостью. – Ты будешь сидеть у меня на коленках. Какая коленка тебе больше нравится: левая или правая?

* * *

В столовой всё прошло как по маслу. Зована и его прихлебателей я не заметил. Может, они вообще в столовой не питались, по крайней мере, пока каникулы. Авелла вот тоже не появлялась, и в общежитии я её пока не видел.

Натсэ в самом деле сидела у меня на коленке, но впечатления, подобного вчерашнему, не произвела. Так мы и вписались в картину мира однокашников: парень, который любит побаловать свою симпатичную рабыню. Осознав это, я расстроился, но быстро себя утешил: пусть себе думают, что хотят, главное, чтоб моя совесть чувствовала себя спокойно.

Слоняться без толку по академии в поисках очередных приключений мне не хотелось. Поэтому, когда Натсэ потащила меня на стадион, я даже не сопротивлялся, хотя после вчерашнего ноги ещё гудели.

Чтобы получить хоть какой-то балл и не вылететь с испытаний тут же, надо было пробежать хотя бы один круг за установленное время. Сегодня я одолел примерно треть. Натсэ смотрела на меня так, будто испытывала физическую боль.

– Из пяти испытаний завалить можно два, но тогда надо показать хороший результат в остальных трёх, – сказала она. – Давай посмотрим. Бег на длинную дистанцию – мимо. Подтягивания – тоже. На короткой дистанции ты мало что покажешь, но хотя бы добежишь. Прыжок в длину…

Когда я сделал прыжок в длину, мне показалось, что Натсэ плачет. Когда я прыгнул в высоту, она схватилась руками за голову.

– Мортегар, чем ты занимался в своём мире?

– В основном читал, – признался я.

– Значит, ты очень мудр?

– Ну как тебе сказать… – протянул я.

Сложно было бы ей объяснить, что именно я читал и зачем. А я к тому же ещё и смотрел… А ведь мама мне говорила: эти китайские мультики не помогут тебе устроиться в жизни. Надо слушаться старших! Вот, у меня это и в расширенной памяти прописано. Значит, правда.

Мы ещё пару часов провели на стадионе. Я довёл количество подтягиваний до 0,3, научился правильно махать руками при прыжке. Дальше изматывать себя смысла не имело, и я предложил Натсэ прогуляться в город.

– Сегодня ночуем на болотах, – обрадовал я её. – Надо подыскать подходящую одежду.

– Зачем на болотах? – удивилась Натсэ.

– Талли зовёт упражняться с огнём. Она всё-таки мой учитель…

Натсэ выглядела недовольной.

– Это не моё дело, хозяин, но вам бы сейчас отложить огненные тренировки. Мало того что вас подозревают, так ещё и вступительные на носу. Ночью вам следовало бы спать, набираться сил.

Ну вот, опять «хозяин» и на «вы». То есть когда я её не слушаюсь, она говорит со мной так, что меня передёргивает. Нормальная рабыня, да? Вертит мной, как хочет.

Вообще, мной что-то все вертят, как хотят. Куда ни ткнись – обязательно чью-то сторону займёшь, кому-то на руку сыграешь. Вот не пойду на болота – буду чувствовать себя подкаблучником Натсэ, пойду – окажусь во власти Талли. Есть, конечно, третий путь: завалиться в трактир, напиться пива и устроить огненное шоу. Это всем будет поперёк горла, не поспоришь, но я ещё не до такой степени псих.

– Огонь качать тоже важно, – возразил я.

– Думаете? Я, конечно, не знаю точно, что устроил Мелаирим, но могу догадываться. В нашем Ордене знали о такой возможности вернуть Огонь. Внутрь вас поселили средоточие силы. Это не ваша сила, чужая. Когда она должным образом разовьётся, она очень сильно вас изменит. Вы откроете вулкан, выпустите наружу всю стихию, и тогда она вас покинет.