Почему Брин принимал облик кучера? Почему она с такой готовностью отвечала на его поцелуи? Пусть во сне. Он ей очень нравился, да, хотя временами бывал невыносим, совсем как кучер.

Он не выходил у нее из головы всю прошлую ночь, когда она легла в постель, поэтому совершенно понятно, почему все эти мысли о нем перешли в сны…

Брин вернулся в Рэвенхерст незадолго до полудня. Узнав о том, что и Сара, и Верити дома, он, не мешкая, переоделся и спустился в солнечную дальнюю гостиную, уверенный, что найдет обеих там.

Но он застал в комнате лишь одну Сару. Они немного поболтали на общие темы. И вдруг Сара неожиданно сказала:

— Ты знаешь, что это Верити часто навещала твоего дедушку, когда ты был в армии? И что это она писала тебе письма от его имени, когда ты поправлялся здесь.

Брин не выразил никакого удивления, лишь теплая улыбка тронула уголки его губ.

— Да, я теперь это понимаю. Я знаю, что она очень хорошо относилась к нему — обожала его, мне кажется. Но только недавно я узнал, что это Верити, а не Анджела уделяла так много времени старику.

Что-то голубое, мелькнувшее за окном, привлекло внимание их обоих. Они увидели, что Верити направляется в английский сад. Сара следила взглядом за тем, как она идет по усыпанной гравием дорожке. Таинственная улыбка блуждала на губах Сары, но вдруг она неожиданно вздрогнула.

— О Господи! Маркус возвратился! — обеспокоенно воскликнула она, зная характер своего мужа и увидев, что Верити и Маркус подошли друг к другу. Он протянул руку и пожал тонкие пальцы, потом вдруг откинул назад голову и разразился смехом. Сара с облегчением вздохнула.

— Эта маленькая кокетка очаровала его! Только посмотри, как этот проказник с ней флиртует! Немедленно иди туда, Брин, пока она его совсем не околдовала!

Брин насмешливо посмотрел на Сару.

— О, да. Твое беспокойство мне вполне понятно! Я немедленно пойду. Мне как раз нужно с ней поговорить.

Сара осталась стоять у окна из чистого любопытства. Она увидела, как Маркус, улыбнувшись, отошел от Верити, а через несколько минут он был уже в комнате и заключил ее в свои объятия.

— Я бы не должна была тебя вообще целовать, ты флиртовал! — освободившись, выговорила она ему. — Я видела тебя в саду с мисс Хэркорт.

— Что за очаровательная маленькая колдунья! Я сказал ей, что был знаком с ее дядей, герцогом Ричлисским, а она ответила, что надеется, что это обстоятельство не обернется против нее. — Он снова засмеялся. — Должен сознаться, я всегда считал его совершеннейшим простофилей, но, конечно, ни за что не отважился бы сообщить ей об этом.

— Да что ты? Ты меня просто удивляешь! — насмешливо произнесла Сара и снова посмотрела в окно. Она увидела Брина, входящего в сад. И снова на ее губах появилась таинственная улыбка. — Ты знаешь, Маркус, я допустила в отношении Брина несправедливость. Я считала, что его желание пригласить сюда молодых дам было чистым жульничеством. Но теперь я прихожу к заключению, что была не права… Безусловно, не права.

— Да? — Темные брови Маркуса взметнулись вверх, когда он тоже взглянул в окно. — Знаешь, любовь моя, она действительно очаровательная маленькая кокетка. Могу только добавить, что я с предельным уважением отношусь к твоему мнению.

Послышался легкий вздох.

— Я не отличаюсь чрезмерным любопытством, как тебе известно, Маркус, но ничего не имела бы против того, чтобы услышать их разговор.

Сара была бы разочарована, потому что первые слова, которыми они обменялись, относились к красотам английского сада, после чего Брин с удивительным проворством увлек Верити к калитке.

Прежде чем она это поняла, они оказались в розарии.