Но Дариус, казалось, мог продолжать бормотать лишь одно: «Спасибо».

«Спасибо за то, что существуешь. За то, что пробралась в мое сердце. Спасибо тебе за то, что сияешь словно самый яркий свет и прогоняешь демонов». Слова крутились у него в голове, пока они двое держались друг за друга. Дариус хотел остаться с Ларкирой навсегда, никогда не отпускать ее. Даже тогда, когда постепенно прекратился вечный дождь.

Глава 34

Ларкира уставилась на закрытые двойные двери, более чем готовая в ожидании очередного падения песка продолжать изучать узоры, извивающиеся по темному дереву. Но она знала, они пришли сюда не для того, чтобы глазеть на двери.

– Нам не обязательно делать это сегодня, – заметила она.

Дариус стоял рядом.

Он так крепко сжимал ключ от комнат Хейзара, что его рука побелела.

Дариус моргнул, как будто ее слова вывели его из некого транса, и сделал успокаивающий вдох.

– Да, – согласился он, – но мы должны. Ее слишком долго прятали здесь.

Грудь Ларкиры сдавило от боли, скользившей в его голосе. С момента инцидента на балу не прошло и дня, но Дариус пришел к ней, как только взошло солнце, и попросил о помощи.

Ни о чем не спрашивая, Ларкира выползла из кровати и последовала за ним сюда.

– Тогда давай освободим ее. – Она положила руку на спину Дариуса, тем самым показывая, что полностью поддерживает его.

Решительно кивнув, он вставил ключ в замок и распахнул двери покоев отчима.

Прокисший, резкий запах заставил Ларкиру поморщиться.

«Форрия», – подумала она. Но вошла в заполненные тенями комнаты, показывая Дариусу, что ничто здесь не причинит им вреда. Больше нет.

– Давай-ка впустим сюда немного свежего воздуха, – сказала она, раздвигая шторы и открывая окна, тем самым позволяя прохладному ветерку проникнуть в комнату. «Это поможет от вони», – подумала она. Обернувшись, Ларкира увидела, что Дариус все еще стоит на пороге.

– Дариус?

Зеленые глаза встретились с ее голубыми.

– А здесь довольно обычно, да?

Ларкира обвела взглядом кабинет.

– Да, – согласилась она. – Возможно, он и был монстром, но, похоже, таким же скучным, как и любой другой мужчина. Имею в виду, посмотри на эти обои. Как он вообще выбрал их?

Дариус издал тихий смешок, его плечи слегка расслабились.

«Хорошо», – улыбаясь, подумала Ларкира.

– Не хочешь помочь мне открыть остальные окна?

Дариус сделал шаг, затем замешкался, а потом прошел дальше, подходя к девушке.

– Спасибо, – сказал он, быстро поцеловав ее в губы. На них обоих были лишь халаты и тапочки, и от интимности этого момента у нее потеплело на душе. Ларкира вспомнила ночь, которую они провели вместе, и, несмотря на место и причину, по которой находились здесь, ей очень хотелось продолжить целовать Дариуса.

Но этим утром его мысли были заняты другим, поэтому он отвернулся от нее, а затем открыл все окна, выполнив ее просьбу. Свежий воздух и свет теперь наполняли каждую комнату.

Хотя здесь, безусловно, стало светлее, слова Дариуса о том, что его мать слишком долго прятали здесь, теперь обрели смысл.

В то время как большинство богатых супружеских пар обычно занимали разные комнаты, чаще всего в разных частях замка или дома, оказалось, что покойная герцогиня до самой своей смерти делила с Хейзаром одни комнаты. Родители Ларкиры придерживались таких же порядков, но в то время как вещи, напоминавшие о Джоанне красовались повсюду в их доме в Джабари, все вещи, принадлежавшие Джозефине, находились лишь здесь.