К о л о т о в. Согласен. Но и выдвигать провокатора в Верховный Совет не положено!

С е р г е й  И в а н о в и ч. Какого провокатора?

К о л о т о в. Да вот этого самого Логинова!.. Ведь я должен был его убить…

С е р г е й  И в а н о в и ч. Логинова? Убить?!

К о л о т о в. Да. Убить как предателя… Мне поручил это подпольный ревком… В тысяча девятьсот восемнадцатом году… Простите, я волнуюсь и не совсем складно…

С е р г е й  И в а н о в и ч. Что случилось в восемнадцатом? Где случилось?

К о л о т о в. В Зареченске. Есть такой городишко в вашей республике…

С е р г е й  И в а н о в и ч. Знаю, там теперь районный центр. (Встал.) Так в чем же дело?

К о л о т о в. Это давняя история. В восемнадцатом году там были белые, и дутовская контрразведка тогда напала на след нашей подпольной организации. В одну ночь арестовали семь коммунистов, в том числе и Логинова…

С е р г е й  И в а н о в и ч. Почему же вы считаете его предателем?

К о л о т о в. Через месяц военно-полевой суд всех семерых приговорил к смертной казни через повешение… И по городу поползли какие-то странные слухи… что Логинов всех выдал и за это его помилуют. Но мы в это не верили…

С е р г е й  И в а н о в и ч. Понимаю…

К о л о т о в. Да… Мы ломали себе головы: кто же их предал? Все семеро действительно состояли в нашей организации, и, следовательно, контрразведка действовала безошибочно… Но арестом этих семерых дело кончилось, и это вроде говорило за то, что наши товарищи, несмотря на пытки, никого не выдали.

С е р г е й  И в а н о в и ч. Логично.

К о л о т о в. Не торопитесь!.. Я подхожу к главному… Казнь была публичная на Базарной площади… И вот ревком постановил, чтобы три члена ревкома были на месте казни и стали как можно ближе к виселицам… Мы хотели, чтобы осужденные видели их и поняли, что дело, за которое они гибнут, продолжают их товарищи… Хотели хоть этим как-то их поддержать, что ли… Я был одним из этих троих. Народу тогда собралось — туча!.. Привезли в карете осужденных… Развели к виселицам… Все они были закованы в кандалы, и на площади было так тихо, что звон кандалов разносился, казалось, по всему городу… Вот и сейчас, столько лет спустя, я слышу этот звон! Простите, это не имеет прямого отношения… (Стирает платком пот со лба.)

Приносят чай, бутерброды. Сергей Иванович подвинул Колотову стакан. Тот, задумавшись, прихлебывает из него. Пауза.

С е р г е й  И в а н о в и ч. Нет-нет, почему не имеет?

К о л о т о в. Тогда я их всех и увидел… И Логинова, конечно. Я стоял почти против него, он даже кивнул мне… Как и все остальные, он был очень изможден, еле держался на ногах… Так мне показалось… Когда осужденным стали надевать мешки на головы, они закричали: «Прощайте, товарищи!.. Слава революции! Да здравствует мировая революция!.