В дверь постучали. Сивилла быстро обняла меня.

— Мне нужно это отнести. Но ты можешь остаться, Люси.

— Спасибо, но мне нужно идти, — если я останусь, она снова заговорит о Нате, а я этого не вынесла бы.

За дверью оказалась Клеменс, она покраснела при виде меня. Сивилла не заметила. Она тепло приняла Клеменс, они начал обсуждать припасы, даже шутить про трудности дня.

— Спокойной ночи, — сказала я и ушла.

В темноте холодный дождь падал на мое пылающее лицо.

Что я наделала?

Я была так уверена, что поступаю правильно, отталкивая Ната. Я восприняла печаль Сивиллы как предупреждение. Но теперь ее ситуация изменилась…

Было ли поздно возвращаться к Нату? Сказать ему, что я могла ошибиться? Сказать, что я любила его и хотела бы все исправить?

Мои ноги решили за меня. Я повернулась к его комнатам, сначала шла, потом бежала все быстрее. В его окне горел свет. Я взбежала по лестнице и постучала в тяжелую дверь.

Никто не открыл ее.

Я постучала сильнее.

— Это Люси, — сообщила я в замочную скважину.

Нат не ответил.

Его могло там не быть. Или он мог спать.

Но был вариант страшнее, который я не могла упустить. Он мог знать, что я здесь, но не впускать меня.

Я постучала еще два раза, испугалась, что разбужу Пенебригга. Никто не вышел.

Я заставила себя отвернуться. Несмотря на отчаяние, я не могла стоять здесь всю ночь. Я была нужна в другом месте.

Дождь хлестал меня, я снова пересекала темный двор. Я не сдавалась. Мне нужно было подождать, но я все еще хотела поговорить с Натом, попросить о еще одном шансе все исправить. Но глубоко внутри я все равно боялась, что этот шанс мне уже давали, а я им не воспользовалась.

† † †

Уставшая и полная печали, я отправилась к комнатам стражи, чтобы увидеть капитана Кноллиса, надеясь, что у него есть догадки, где искать Мелисанду. К его и моему разочарованию, ему нечего было мне доложить.

— Мелисанду нигде не видели, — сказал он. — Как и ее служанку. Никто не подходил к тем комнатам, с тех пор как мы ушли. Кем бы те женщины ни были, они скрылись.

Новости были плохими, но я знала, что нужно сообщить королю. Я видела его много часов назад, он хотел знать о продвижении дела.

Я еще полчаса искала новый парадный зал, он временно был у арены для турниров. Когда я прибыла туда, все было в хаосе. Самые ценные вещи перенесли сюда, но брюссельские гобелены все еще были скручены, позолоченный трон короля забыли в углу, а картины Гольбейна, Рафаэля и Джентилески были прислонены к стенам. Ящики документов стояли всюду, толпы секретарей пытались навести порядок.

Король, изможденный, но осторожный, коснулся железа и увел меня в маленькую нишу, где было еще несколько ящиков, шесть турецких ковров и светлый письменный стол.

— Вашу пленницу… нашли?

— Боюсь, что нет, — сказала я. — Но мои люди все еще стараются выследить ее. И я, возможно, нашла для нас другую зацепку.

— Да? — он надеялся.

— Да. Я нарисую, — он протянул мне ручку и бумагу, я набросала соединенных змей. — Вы когда-нибудь видели подобное?

— Нет. Не видел, — его голубые глаза затуманились. — А должен был?

— Не обязательно, — я свернула рисунок и спрятала в рукав, стараясь звучать увереннее, чем себя ощущала. — Не переживайте. Я пойму, что это. Но, может, вы расскажете, что происходит в других местах? Я слышала, кракена видели снова.

— По меньшей мере, три раза, — сказал король.