|
– Честное слово, просто ума не приложу, как ты справляешься! Менолли взяла пригоршню мяса и кивком указала Сибелу на его кла. Кими явно было все равно, у кого из рук брать еду, и Сибел с благодарностью отдал должное напитку. – Менолли! – загремел с верхней площадки голос мастера Робинтона. – Я здесь, мой господин! – Девочка опрометью метнулась к лестнице. – Мой Заир издает непонятные звуки, – кричал Главный арфист. – Он заболел или просто проголодался? А глаза у него так и пылают красным огнем! – Вот, держи! – Из кухни вышла Сильвина и вручила девочке второй поднос – для мастера Робинтона и его файра. – Я как увидела Сибела, так сразу и поняла: скоро наш Главный арфист тоже даст о себе знать. Менолли не выдержала и расхохоталась вместе с Сильвиной. Перешагивая через две ступеньки, она устремилась вверх по лестнице, стараясь не пролить ни капли кла и не уронить ни кусочка мяса. Робинтон успел одеться и даже додумался обернуть руку, чтобы защитить ее от острых, как иголки, коготков бронзового малыша. Но вид у него был ничуть не менее встрепанный и несчастный, чем у подмастерья. – Ты уверена, что он просто голодный? – озабоченно спросил мастер. Однако вопли файра утихли после первой же пригоршни мяса. Главный арфист жестом пригласил Менолли последовать за собой, но малыш Заир, вообразив, что его собираются лишить пищи, негодующе взвизгнул, явно готовясь вцепиться девочке в руку. – Ешь, ешь, обжора, – ласково заворковал Робинтон, – да смотри, не перебуди всех вокруг – сегодня выходной. – Поздновато же вы спохватились, – едко заметил Домис, который, завернувшись в меховое покрывало, ожидал их на пороге своей комнаты. – Разве можно в кои то веки выспаться, если вы ревете, как раненый дракон, Сибел верещит, как целая стая файров, а от голосов ваших милых созданий просто мороз идет по коже! – Уже подняли флаг ярмарки, – примирительно сказал Главный арфист и, продолжая кормить Заира, двинулся вместе с Менолли по направлению к своей двери. – Ярмарка? Только этого мне и не хватало для полного счастья! – Домис с грохотом захлопнул дверь. – Надеюсь, это не будет повторяться каждый день? – осведомился мастер Моршал, когда Робинтон и Менолли поравнялись с его комнатой. На нем был мешковатый балахон, но и его, очевидно, подняли с постели голодные вопли файров и причитания арфистов. Недовольный взгляд Моршала был устремлен исключительно на Менолли, как будто она одна устроила весь этот тарарам. – Не могу обещать, – любезнейшим тоном ответил Главный арфист, – я ведь еще только начинаю знакомиться с повадками своего милого дружка. Поймите же, Моршал, он только вчера вылупился! Дайте ему хоть несколько дней. Моршал что то пробурчал и, злобно зыркнув на Менолли, беззвучно прикрыл дверь. Менолли услышала, как закрываются другие двери и про себя порадовалась, что находится в обществе Главного арфиста. – Не обращай внимания на старину Моршала, – негромко проговорил мастер Робинтон. Девочка бросила на него благодарный взгляд. Он снова улыбнулся и сделал ей знак войти и поставить поднос на письменный стол. – К счастью, – сказал он, откидываясь в кресле и ни на миг не переставая кормить ненасытного Заира, – тебе не придется у него заниматься. – Правда? Робинтон усмехнулся, услышав в ее голосе слишком явную нотку облегчения, и сразу же заразительно расхохотался: Заир, выронив кусочек, принялся жалобно верещать и не умолкал до тех пор, пока арфист не поднял мясо и не затолкал его прямо в жадно разинутый рот. – Правда, правда. Мастер Моршал учит только начинающих. – Робинтон вздохнул. – И он непревзойденный специалист по вбиванию азов музыкальной грамоты в буйные головы школяров. |
