— И у меня нет, — медленно сказал Дмитрий. — Что ж, в первом приближении примем, что тут все верно. Что дальше?

— Программа, — сказал Ольф.

— Это уже по вашей части. Что тут может быть?

Ольф и Таня переглянулись.

— Программа предварительно прогонялась на четырнадцати вариантах, — неуверенно начала Таня. — Параметры для проверки подбирал Ольф.

— Сейчас я поищу свои графики, — сказал Ольф и порылся в папке. — Могу с уверенностью сказать, что проверил все подозрительные места. Вот смотрите, — выложил он листок. — Области проверки везде перекрывают поля предполагаемых решений…

Зазвонил телефон, и Ольф поспешно схватил трубку.

— Да… Да, сейчас…

Он прикрыл ладонью микрофон и тихо сказал:

— Дубровин… Что будем говорить?

— Дай сюда, — сказал Дмитрий и взял трубку. — Добрый вечер, Алексей Станиславович.

— Как дела? — спросил Дубровин.

— Дела? — Дмитрий помедлил с ответом. — Дела, откровенно говоря, неважные.

И он подробно рассказал о том, что у них произошло, и о своем решении. Дубровин долго молчал.

— Вы считаете, что я не прав? — спросил Дмитрий.

— Что тебе сказать, милый мой… Ты многим рискуешь.

— Я знаю.

— Если все закончится неудачей, у тебя будут большие неприятности… Очень большие.

— Вы считаете, что надо прекратить?

— Ничего не хочу советовать, — не сразу сказал Дубровин. — Решай сам.

— Будем продолжать.

— Ну что ж, с богом… Моя помощь нужна?

— Пока нет.

— Если что понадобится, звони в любое время. Ночью, разумеется, тоже. И когда найдете, в чем дело, сразу сообщи мне.

— Хорошо.

Он не клал трубку, и Дубровин положил сам.

— Ну, на чем мы остановились? — повернулся Дмитрий.

— Вот посмотри график, — сказал Ольф.

Дмитрий несколько минут рассматривал график и отложил в сторону.

— Тут если и искать, то в последнюю очередь… Так? — посмотрел он на Мелентьева.

— Да.

— А что представляет сама программа?

— Процентов на восемьдесят — набор стандартных программ, неоднократно использовавшихся в других задачах, — сказала Таня. — А в связках я проверила каждую запятую.

— Ну, а чего-нибудь такого, за что можно уцепиться, нет?

— Нет. Если уж подозревать, то надо все с начала до конца.

— А какие-нибудь основания для таких подозрений есть?

— Вообще-то есть. Мы пользуемся программами АЛГОЛа, а там ошибки случаются, особенно на границах рабочих областей. Но все же не настолько грубые, чтобы могло получиться такое могучее бревно, — улыбнулась Таня.

— Ясно, — сказал Дмитрий. — Можно считать, что первый заход закончился блистательной неудачей. И надо же нам было так хорошо работать, что даже уцепиться не за что. Ну что ж, подождем, пока будет готова наша картинная галерея. Первые шедевры уже есть, — он придвинул к себе два готовых графика, но они ровным счетом ничего не говорили ему.

Через десять минут все графики были готовы. Они разложили их на столе и долго всматривались, пытаясь уловить хоть какую-нибудь закономерность.

— Пикантное зрелище, — пробормотал Ольф.