Изменить размер шрифта - +
И поэтому затрещина казалась ему не лучшим вариантом достойного ответа узурпатору.

– Да нет же, все в порядке, – чуть помедлив, произнес он. – Я все равно уже собирался идти. Чем могу быть полезен?

Грас уже открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент ворота распахнулись, и к ним направился священник, чья желтая мантия свидетельствовала о высоком сане. Он поклонился Грасу и пробормотал:

– Ваше величество.

Он, очевидно, не заметил Ланиуса, чей облик вовсе не напоминал королевский, но, внезапно осознав, кто пред ним, пристально уставился на второго короля и снова поклонился.

– Ваши величества, – поправился он и проследовал мимо них во дворец.

Его сопровождал (или случайно оказался рядом) настоящий возница, толкавший перед собой тачку с двумя бочками эля. С усилием двигая груз вверх по ступенькам, он вообще не заметил обоих королей.

– Давай найдем какое-нибудь спокойное место, где мы сможем поговорить, – предложил Грас.

– На твое усмотрение, – пожав плечами, согласился Ланиус. «В любом случае, ты не дашь мне возможности выбора, и разговор состоится», – угрюмо подумал он.

Король Грас выбрал комнату, где обычно обедали слуги. Для членов королевской семьи накрывали стол в более просторном помещении. Он сел за стол и теперь едва ли не с насмешкой наблюдал, как Ланиус взгромоздился на стул напротив него. «Взгромоздился» было подходящее слово – своими длинными руками и ногами, а также нескладной походкой Ланиус напоминал журавля или аиста или какую-нибудь другую большую птицу.

– Здесь, кажется, довольно спокойно, – заметил Ланиус.

Внушительного вида дверь – дубовая с железными накладками – приглушала шум, доносившийся из коридора, и не давала возможности подслушивать, о чем беседуют два короля.

– То, что нам и требовалось.

Грас видел, что молодой человек встревожен. «Интересно, – подумал он, – осознает ли Ланиус, насколько его волнение заметно. Скорее всего, нет».

– В чем дело? Что случилось?

Голос Ланиуса звучал враждебно, и в нем чувствовалось заметное напряжение. Грас знал, что зять не любит его, и не осуждал за это: какие еще чувства можно испытывать к человеку, который отобрал власть, по праву принадлежащую тебе? Что касается нервов – на это вообще можно не обращать внимания.

– Скажи мне, что ты знаешь о черногорцах? – спросил он.

Ланиус вздрогнул, и Грас тихонько присвистнул. «Он думал, я намереваюсь задать ему другой вопрос». Для этого еще найдется время.

Ланиус ответил:

– Сведений хватает с избытком. Трудно быть королем Аворниса, – он сделал кислую мину, – и не знать достаточно о черногорцах.

– Меня не интересует торговля, которую они ведут, и пути следования их судов в Северном море, – сказал Грас. – Вне зависимости от моего желания они будут продолжать это делать, и тут я не властен – пусть будет что будет. Для меня важны сведения о соперничестве между их городами-государствами.

– Хорошо. – Ланиус задумался на мгновение. – Сведения о таких отношениях уходят далеко в прошлые времена. Они начали враждовать еще до того, как их предки пираты отвоевали у нас северное побережье.

Отлично! – Грас улыбнулся, не скрывая своей радости. – Если знания о том, почему они ненавидели друг друга раньше, помогут мне понять, почему они испытывают ненависть друг к другу теперь, я послушаю тебя. Если нет, – он пожал плечами, – это дело может подождать.

Грас отличался неизменной практичностью, и одна из его претензий к Ланиусу заключалась в том, что зятю это качество было совершенно не свойственно.

Быстрый переход
Мы в Instagram