Изменить размер шрифта - +

Приветствую, ваше величество, – Грас был подчеркнуто вежлив. – Не хочешь ли присоединиться ко мне?

– Собственно говоря, ваше величество, я бы хотел поговорить с тобой наедине – не очень долго, – ответил Ланиус.

Взгляд Граса стал острым. Младший король не каждый день – и даже не месяц – обращался к нему, упоминая титул. Старший король поднялся.

– Прошу прощения, Гирундо.

– Конечно, ваше величество. Я чувствую, когда не нужен.

Скажи он это другим тоном, можно было бы подумать, что генерал смертельно оскорблен и в скором времени следует ждать мятеж.

После того как Гирундо, поклонившись, закрыл за собой дверь, Грас снова повернулся к Ланиусу:

– Хорошо, ваше величество. Если ты хотел моего внимания, ты его получил. Что я могу для тебя сделать?

Ланиус покачал головой:

– Нет, это я могу кое-что для тебя сделать. – Честность заставила его добавить: – Или, возможно, смогу для тебя сделать.

Он начал излагать идею, которая недавно им овладела. Старший король сначала пристально смотрел на него, а потом начал смеяться. Ланиус нахмурил брови – он ненавидел, когда над ним смеются. Заметив выражение его лица, Грас протестующе поднял руку:

– Нет, нет, нет. Клянусь богами, ваше величество, ты тут ни при чем.

– А в чем тогда дело? – сухо спросил Ланиус.

– В идее, а не в тебе.

«Но это моя идея», – обиженно подумал младший король и вслух поинтересовался:

– С ней что-то не так?

– Ну... – с подъемом начал старший король, но остановился. Он подумал, потом признался: – Я думаю, с ней действительно что-то не так. Хотя она все равно забавная.

Этой ночью Ланиусу во сне явился Низвергнутый. Ощущая холодно-прекрасный, нечеловеческий взгляд, король представлял себя меньше детеныша котозьяна. Низвергнутый всегда вызывал в нем подобное чувство, но в эту ночь оно было особенно сильным. Эти глаза, казалось, проникали в самую основу его души.

– Ты замышляешь заговор против меня, – сказал Низвергнутый.

– Мы – враги, – ответил Ланиус. – Ты всегда плел заговоры против Аворниса.

– Ты заслуживаешь всего, что случится с тобой, – ответил Низвергнутый. – Ты заслуживаешь худшего, чем то, что случится с тобой. Но если ты замышляешь козни и интриги против меня, твои дни будут еще короче и каждый из них будет полон болью и горем. Ты сомневаешься во мне? Не смей сомневаться, ты – скулящий, маленький, жалкий человечишка.

– Я никогда не сомневался в тебе, – сказал ему Ланиус. – Тебе нет нужды беспокоиться об этом.

Низвергнутый засмеялся:

– Я беспокоюсь о том, что делает жалкий смертный? Ты преувеличиваешь свою важность в великой, общей картине вещей.

Даже во сне логические способности Ланиуса не оставляли его.

– В таком случае, – спросил он, – зачем ты беспокоишься, являясь мне?

– Ты преувеличиваешь свою важность, – повторил Низвергнутый. – Укус блохи раздражает и после того, как человек прихлопнет ее рукой и от блохи остается лишь грязное пятно. И так будет с тобой, и раньше, чем ты думаешь.

– Иногда блоха отпрыгивает прочь, – заметил Ланиус.

– Для меня между блохой и человеком нет большой разницы, – продолжил Низвергнутый. – Но между мной и человеком – ты увидишь, какая разница между мной и человеком. О да – ты увидишь.

И он начал тянуть руки к Ланиусу.

Вовремя – ни секундой раньше или позже – король заставил себя проснуться.

Быстрый переход
Мы в Instagram