Изменить размер шрифта - +
Жара и запахи – особенно запахи – было совсем не то, что могла вынести его больная голова. Но он никогда не доверял слугам уход за животными, и если они не делали эту работу, значит, ее должен был делать он.

После уборки комнаты король пошел на кухню, чтобы взять для них немного мяса. Увидев его, повар Кьюкулатус усмехнулся и сказал:

– Давненько не видел этого вашего смешного зверька. Вы посадили его на цепь?

– Нет, но у меня есть такое искушение. Когтистый выглядит очень подозрительно, когда ведет себя хорошо, – возможно, он что-то замышляет.

Прежде чем положить еду в их миски, он обычно раздавал по кусочку то одному, то другому котозьяну. Но почему-то Когтистый не выпрашивал угощение вместе с остальными. Ланиус осмотрел комнату – и не увидел его.

– О, клянусь богами, куда ушло в этот раз это тупое существо? – воскликнул он.

Но Когтистый отнюдь не был тупым – наоборот, чересчур смышленым.

Итак, кухня или архив? Король взял несколько кусочков мяса и поспешил туда, где он провел столько счастливых часов, – в архив, разумеется. К сожалению, вместо того чтобы удовлетворенно копаться в пергаментах, он вынужден был осматривать все темные углы, откуда, вероятнее всего, можно было ждать появления котозьяна, как всегда в этих случаях безмерно довольного собой. Ланиус не мог решить, забавляет это его или злит.

– Когтистый? – позвал он. – Ты тут, Когтистый, вонючее, убогое создание?

Когтистый был чистоплотен, как любой другой котозьян, и от него не пахло. Густой мех животного свидетельствовал, что ни о какой убогости тоже не может быть и речи. Так или иначе, хозяин клеветал на него. Однако Когтистый, вероятнее всего, обращал не больше внимания на то, что Ланиус говорит ему или о нем, чем любой другой котозьян.

Однако он обращал внимание на еду. Ланиус лег навзничь на наименее пыльный кусок пола, какой он смог найти, и начал постукивать себя по груди, издавая характерный звук. Если Когтистый был где-то поблизости, этот шум должен был привлечь котозьяна. Он взберется ему на грудь и заработает свою вкусную награду. Зверек сделает так – если находится достаточно близко, чтобы услышать своего хозяина.

– Мроур?

Услышав мяукание, хотя и приглушенное, Ланиус едва не закричал от радости. Вот только чему он радовался? Победе над ментеше? Важным сведениям о черногорцах, найденным в архиве? Нет, он перехитрил котозьяна.

Каков властитель, такова и причина радости.

– Мроур?

Мяуканье Когтистого определенно звучало странно, словно зверек что-то держал в зубах.

Так оно и было – хвост крысы свешивался из одного угла его рта, голова крысы – из другого. Когтистый вскарабкался на грудь королю и уронил крысу, потянувшись за мясом.

– Спасибо тебе большое! – воскликнул Ланиус.

Он не хотел брать крысу в руки даже для того, чтобы выбросить ее. А Когтистый, естественно, был убежден, что он не только оказал ему услугу, но также честь, подарив свою добычу.

Мроур, – ответил Когтистый тоном, который мог значить только одно: «Почему ты не берешь ее? »

– Извини, – сказал Ланиус, нисколько не раскаиваясь. Когда он сел, крыса скатилась с него и упала на пол.

Мяукнув, на этот раз обеспокоенно, котозьян прыгнул за ней. Ланиус, улучив момент, поспешно схватил Когтистого.

– Баранины тебе мало, а? – требовательно спросил Ланиус.

Он отнес зверька назад в комнату, зная, что вряд ли котозьян останется там надолго, и отправился на поиски короля Граса.

Как выяснилось, тесть уединился с генералом Гирундо. Они обсуждали военную кампанию в страну черногорцев за кружками вина.

Приветствую, ваше величество, – Грас был подчеркнуто вежлив.

Быстрый переход
Мы в Instagram