Палач приходил каждый день. Выглядывал из ванной, из пустых комнат, тихо стоял за спиной тёти, улыбался и делал такой жест, будто застёгивает рот на молнию. Странно, что моя родственница не замечала тиканье. Я думал, что ничего не случится, если не скажу о нём. Как бы не так! Я не был шумным ребёнком и старался перемещаться тихо как мышь. Тётя любила вздремнуть в середине дня. Однажды я вышел из своей комнаты, чтобы взять чего-нибудь перекусить. Проходил мимо гостиной и увидел в приоткрытой двери, что Палач стоит рядом с диваном, где спала тётя. Он смотрел на меня и тряс коробком спичек. Я боялся, что мою опекуншу разбудит этот звук, вошёл в комнату, сложил ладони в молитвенном жесте и прошептал: «Пожалуйста, не надо». Палач ответил в полный голос: «Спички детям не игрушка!» Достал одну из коробка, чиркнул и бросил на диван. Горящая спичка повисла на краю тётиного халата.

Палач шагнул за книжный шкаф и исчез. Он мог становиться плоским и проникать в самые узкие щели… Представьте: я, ребёнок, стою в комнате, тётя спит, её халат потихоньку пожирает огонёк… Первое, что я придумал – разбудить её, но она не просыпалась, а только возмущённо мычала: «Выйди отсюда!»

Тогда я побежал в ванную набрать воды в какую-нибудь ёмкость. На стиральной машине стояла литровая банка с прозрачной жидкостью. Я схватил её, думая, что это вода, прилетел в гостиную и плеснул на халат тёти, который уже и не горел, а только тлел и дымился… И моя опекунша вспыхнула! В банке оказался керосин. В квартире завелись клопы, и тётя промазывала им плинтусы. Как она кричала! Горела её одежда, лицо, волосы. А я стоял с пустой банкой, с ужасом понимая, что натворил. Гостиная полыхала, а тётя лежала лицом в пол, и от её облысевшего затылка поднимался дым.

Это Палач всё подстроил! Он знал, что я возьму эту банку с керосином! Хотел, чтобы я сделал это своими руками! Я тоже пожелал сгинуть в этом огне, но меня спасли пожарные. Кто-то из них спросил, из-за чего всё началось. А у меня в голове были только слова Палача, и я зачем-то повторил их вслух: «Спички детям не игрушка». И пожарный ответил строго: «Понял наконец? Умный мальчик!»

Никто из родственников не захотел взять меня к себе. И из детского дома меня никто не забрал. Кому нужен ребёнок, который сжёг собственную тётку в шесть лет? Меня и в детдоме ненавидели, да и сам я себя ненавидел, хотя знал, что это была проделка Палача.

За всю жизнь только один человек проникся ко мне сочувствием. Его звали Даниил.

Не родственник. Совсем незнакомый парень. На вид совсем не борец – худой, невысокий и в очках. Даниил встретился мне в день совершеннолетия. Я чувствовал себя совершенно потерянным. И он увидел это во мне. Подошёл перед входом в зал кинотеатра и сказал, что у меня такой вид, будто я встретил дьявола. Он знал об этом не понаслышке! Даниил уже видел подобный взгляд, он был знаком с людьми, которые пострадали от нечисти. Три года назад он жил рядом с проклятым местом, где творилась всякая жуть. У него были друзья с такими же опустошёнными, как у меня, глазами… Этот парень неплохо зарабатывал в игровой индустрии и в свои двадцать лет был уже весьма состоятельным человеком. Оказалось, что его самая продаваемая игра «Ничейный этаж» была основана на реальных событиях. Может, вы её знаете? Там нужно выбрать одну из трёх дверей в подъезде, и за каждой тебя ждёт что-то ужасное.