– Как она перенесла путешествие? – встревожилась Сабина.

– Боюсь, что плохо. Я уложила ее в постель, подала крепкий бульон и горячий яблочный сок, но она не попробовала ни того, ни другого. Она все зовет тебя и говорит, что должна предостеречь от встречи с кем-то… Думаю, что она не успокоится, пока не поговорит с тобой.

– Я поднимусь к ней сейчас же.

Изабель задержала ее.

– Я слышала, что с сегодняшней почтой прибыло письмо из Рима.

– Да, от отца Сантини. Он представлял мое прошение его святейшеству. О разводе не может быть и речи, а признание брака недействительным может быть разрешено, если я письменно и публично поклянусь, что мы с Гарретом никогда по-настоящему не были мужем и женой.

– И ты готова солгать его святейшеству, чтобы получить свободу? – изумилась Изабель.

– Я это сделала бы без малейших угрызений совести, – твердо сказала Сабина. – Только теперь я не могу поставить свою подпись под документами.

– Значит, ты передумала и решила остаться супругой Блексорна? – оживилась Изабель.

– Нет. На то есть иные причины.

Изабель была заинтригована.

– Ты так настойчиво добивалась развода, что же заставило тебя изменить свое решение?

В глазах Сабины была такая мука, что Изабель испугалась. Сабина сжала кулаки, стараясь не зарыдать.

– Случилось нечто непредвиденное. Если наш брак будет признан недействительным, то мой ребенок останется без имени.

Удар, нанесенный Сабиной, был неожидан и силен.

– Как давно ты поняла, что у тебя будет ребенок? – едва оправившись от шока, спросила Изабель.

– Я начала кое-что подозревать с первого дня, как мы приехали в Вудбридж, но не хотела в это верить. Однако теперь нет никаких сомнений. И вот сегодня отец Сантини прислал мне документы на подпись. Что мне делать?

– Ты сама уже знаешь, как должна поступить. У тебя ребенок от законного мужа, ты обязана известить его светлость…

– Да, обязана, но…

– Чем скорее ты это сделаешь, тем будет лучше.

– А что, если Гаррет потребует, чтобы я переехала в Волчье Логово? – Голос Сабины дрожал от переживаний.

– Конечно, он захочет, чтобы ребенок появился на свет в его доме. Это его право.

– Но я не желаю жить в Волчьем Логове. – Сабина яростно встряхнула головой и направилась к двери. – Я повидаю Tea, а после напишу письмо Гаррету и сообщу ему о ребенке.

Изабель с горечью проводила ее взглядом. Печально, что Сабина никогда не была хозяйкой собственной судьбы, никогда не поступала ради своей пользы. Сперва она пожертвовала собой и вышла замуж, чтобы угодить королю и родителям, но против своего желания. Потом она стала актрисой ради благополучия маленького брата. Теперь ею будет распоряжаться супруг, потому что она ждет от него ребенка.

Сабина вошла в затемненную комнату, где на постели недвижимо покоилась Tea. Старая служанка была так слаба, что не могла даже приподнять руку, чтобы жестом подозвать Сабину поближе. Но та, сама догадавшись о ее желании, присела у изголовья кровати.

– Что я могу сделать для тебя, Tea? – ласково спросила она.

– Уже ничего. Я умираю, и мы обе это знаем.

– Не хочу слушать подобные разговоры! – Сабина старалась выглядеть бодрой. – Я не для того обрела тебя вновь, Tea, чтобы тотчас же потерять. Может быть, тебе что-нибудь почитать вслух? Когда-то тебе это нравилось.

– Нет, я должна поговорить с тобой. Я должна рассказать… тебе о той ночи, когда умер твой отец…

Tea коснулась руки Сабины, попыталась сжать ее слабыми пальцами.