— И стратегического, — добавил Асад. — Классный он мужик, если уж говорить откровенно. Но должен умереть.

— А логическое объяснение есть?

— Оно вам нужно? — парировал собеседник.

Поразмыслив над этим простым с виду вопросом, я таки принял решение:

— Да. Повторюсь, я не работаю за деньги. Вы, князь, обратились не по адресу. Поэтому я хочу для начала разобраться в ситуации. Понять, зачем мне это.

— Непросто с вами, — вынужден был признать эмир.

— Как есть.

— Что ж, изложу вкратце положение вещей. Человек, которого выдают за Салиха, на самом деле — агент Британии. Мой родственник погиб в бою, а взятие его в плен — обычная инсценировка. Агент изменён хиропрактиками, его комплекция, лицо, голос в точности повторяют… аналогичные черты Амира.

— Это доказанный факт?

— Доказанный, — заверил бес. — Я могу прислать отчёт службы безопасности, но вы же ему не поверите. А посему я рекомендую поговорить с Барским. Дом Эфы уже знает о происходящем.

— Информацию я проверю. А пока буду исходить из того, что вы говорите правду, — делаю глоток из своей пиалы. — Почему агент должен умереть? Всё выглядит так, что вы меня втягиваете в чужую войну. В клановую войну.

— Сейчас все производственные линии, а также конструкторское бюро захвачены британцами, — пояснил Асад. — При этом Халифат утверждает, что не нападал на земли Саманидов в Хорасане. По европейским и арабским телеканалам распространяется видео с «живым» Амиром, который обвиняет российские войска в неправомерном вторжении. И заявляет, что армия Халифата обеспечивает его личную безопасность.

— Ловко, — оценил я.

— Кроме того, — продолжил эмир, — предприятия в Хорасане продолжают работать, заключать сделки и вести дела в Евроблоке. Партнёры настаивают на личной встрече, но Амир откладывает свой визит в Европу. Ссылается на тяжёлое положение в стране.

— Абсурд, — не выдержал я. — А что, обмен образами через телепатов кто-то отменял? Пусть скинет воспоминания своего детства. Это докажет, что он — это он. Или опровергнет.

— Будете смеяться, но он так и сделал.

Я чуть не подавился горячим напитком.

— Как это?

— О, тут всё просто! — рассмеялся бес. — Никто ведь не мешает устроить пленнику телепатический допрос, а потом убить. Выдрать из памяти нужные картинки. Для этого у современных спецслужб есть всё необходимое: морфисты, чтецы, психотропные препараты, артефакты для ослабления ментальных барьеров. Да и классику никто не отменял. Психические атаки, шоковые…

— Достаточно, — прервал я. — Вы правы.

Князь вздохнул.

— Итак, господин Иванов, некто, выдающий себя за моего родственника, делает это успешно. Эффективно и профессионально. Влияет на мировую политическую обстановку, ведёт дела от имени Амира, контролирует поставки запчастей из Европы в Азию и обратно. А ещё прямо на наших заводах собираются мехи, которых отправляют на фронт. Без всякого там десантирования. Просто сборка из уже имеющихся под рукой комплектов.

— Неприятно. А я здесь причём?

Асад не спешил с ответом.

Взяв домашнее печенье, откусил кусочек, запил чаем. Создавалась иллюзия, что эмир подбирает слова, но я понимал, что он не оказался бы здесь без чётко сформулированного предложения.

— Я знаю, как вы привыкли вести дела, барон. И этот разговор мог бы состояться с Трубецким, Вороновой или Барским. Вам бы предложили акции, облигации, даже могли бы на мехов договориться. А уж про запчасти к вашим боевым машинам и говорить не приходится.