Мачико ничего не ответила и пристально посмотрела на Санчеса, который был справа от нее.

– А как ты думаешь, Нэд?

Он улыбнулся:

– Лучше думать о бобах и франках, чем о скрывающейся в кустах смерти. Я бы спросил.

– Да, – поддержал друга Дениэлс. – Мы оставили этих парней на вездеходе, так пусть хоть займутся чем‑нибудь более полезным, чем просто бездельничать и в носу ковырять.

– Хотелось бы верить, что они там не пищу готовят, – хмыкнул Аттила.

– А мне хотелось бы верить во что‑нибудь повкуснее, чем бобы с рубленым мясом в сметане, – проворчал Ден.

– Чем гадать, лучше проверим, чем они заняты. – Мачико набрала нужный номер и заговорила в микрофон, укрепленный перед ней:

– Алло. Майклз.

В ответ немного писка и другого статического шума и потом:

– Я слушаю.

– Как дела на вездеходе?

– Мы все еще тут. – Пауза. – Все в том же положении. Народ, вы же ушли всего несколько минут назад.

– Ну ладно. Ты знаешь пословицу: “Армия передвигается на своем желудке”. Итак, народ интересуется, что на обед.

Лейн Майклз рассмеялся:

– А‑а, вы про тот большой ледяной сундук, что нам дали в дорогу? Я тоже о нем думал. Может, мне пригласить юриста? Пусть над ним поработает.

– Валяй, – засмеялась Мачико. – Хоть займется делом, пока отсиживается в тылу.

На поверку выяснилось, что Абнер Брукинс не совсем тот Великий Белый Охотник, которым он себя воображал. Юрист совсем не хотел участвовать в этой операции, но Эвастон приказал ему точно указать группе место гибели экспедиции. Однако благодаря своему дару оратора и быстрой гладкой речи Абнеру удалось быстро убедить Мачико, что, оставшись на вездеходе, он принесет больше пользы для группы как консультант, чем если будет принимать участие в маневрах. Его “неопытность” может только помешать и даже испортить все дело. “Но пожалуйста, не говорите об этом старику Эвастону”. Взамен он обещал повнимательнее взглянуть на контракт Мачико и обеспечить ее бесплатной юридической поддержкой. Выразительная бледность его лица подсказала девушке, что толку от Брукинса все равно никакого не будет. Хотя он и держал в руках ружье, но былая тяга коллекционера к оружию как‑то заметно угасла.

Все к лучшему. Не следует мешать в одну кучу дилетантов и профессионалов.

В этот момент юрист внезапно вмешался в разговор:

– Я вовсе не отсиживаюсь. Я готов дать консультацию в любой момент. Я оказываю ценную помощь. Я стерегу ваш транспорт, на котором вам, между прочим, еще назад добираться.

Он говорил вполне серьезно, и Мачико решила, что страх начисто лишил беднягу чувства юмора.

– Мы ценим ваши усилия, – ответила она. – А сейчас не могли бы вы проверить содержимое холодильника?

С минуту было тихо. Затем послышался стук открывающегося ящика. Майклз вновь вышел на связь:

– Гмм… Много сыра… Фрукты, окорок, хрустящий хлеб. Выглядит аппетитно. Думаю, что себе бутерброд я сделаю прямо сейчас.

– Я полагаю, что прежде, чем совершить такой необдуманный шаг, тебе надо проконсультироваться у юриста. Узнать, каков будет приговор суда, – засмеялась Мачико. – Кроме того, мне кажется, что твое чавканье может не слишком понравиться некоторым из наших товарищей.

– Вы правы. Думаю, что это будет неблаговидный поступок. Поступок, недостойный честного, уважающего себя гражданина. – Голос Майклза звучал исключительно фальшиво.