Звучало не здорово, явно не в ее пользу.

Она сказала три слова:

– Честь, смелость, опасность, – добавив, не вполне уверенная в правильности перевода, – для всего народа.

Лезвие опустилось.

– Опасность?

– Жесткое Мясо. Нежное Мясо переделывают Жесткое Мясо. – Мачико постукала себя по лбу, давая понять, что говорит про мозг. – Теперь опасные воины.

Охотник затряс своими локонами. Послышалось громкое воющее рычание.

– Мы должны остановить, – продолжала девушка.

– Хитрость, – рявкнул он, делая шаг назад.

Она прекрасно понимала, что, если бы он был уверен, что это хитрость, ее внутренности уже свисали бы с деревьев, а белый сияющий скальп был бы внутри сетки парня.

– Нет, – ответила она. Слово простое даже на языке яутов.

Охотник проревел какую‑то угрозу, словно выплюнул ее изнутри. Он попятился ощетинившись, достал из‑за пояса нож, поднял его к небу и издал раскатистый зов, отозвавшийся многократным эхом.

Однако Мачико не испугалась. Она знала значение жеста, если и не совсем поняла слово.

Это был вызов.

Окружающие поляну кусты зашелестели так, словно внезапный ветер прошел по ним.

Как в спецэффектах трехмерного кино, спектральные фигуры начали приобретать форму, выходя из кустов.

Их было десять. Они перешли от сияния к плоти, жестокой реальности. Стая. Выстроились плотным полукругом. У некоторых в руках копья, у других огнеметы. То, что у них было не только холодное оружие, говорило о том, что они сейчас не на Охоте. Воины стояли единой группой, пристально рассматривая девушку. Их глаза прожигали насквозь.

Но и Мачико, не опуская взора, смотрела на них вызывающе и гордо. Ей казалось, что она чувствует пульсирующий над бровью знак. Его сжигающее пламя – сигнал: “Это – Достойная. Она – Охотник! Она – Посвященная!” Девушка, не сдвинувшись с места, произнесла приветствие, обращаясь к Хищникам, как к своим товарищам.

– Мне нужна ваша помощь в большой битве, – сказала она. – Я пришла сообщить вам нечто такое, о чем вы должны знать.

Внезапно по кустам прошла еще одна волна. Еще одна фигура появилась на поляне. Фигура значительно меньших размеров. Она приобрела форму, материализовалась.

– Мы знаем, ты – предатель, – сказал вновь прибывший.

У Мачико замерло сердце.

Ларниксва.

Охотник, которого она привыкла называть Коротышкой.

Глава 20

Коротышка. Ларниксва.

Сомнений нет, это он. Несмотря на то что на нем был бронированный костюм и лицо закрывал шлем, Мачико узнала своего старого врага по низкорослой фигуре и такому знакомому голосу. Ларниксва повзрослел, раздался в плечах, но не вырос. В движениях – наполеоновское чванство, во всем облике – высокомерие. Это был не просто Коротышка. Судя по поведению, он – Вожак стаи.

– Нет, не предатель, воин, – отозвалась она.

Черт! Какой маленький у нее словарный запас. Как ей передать смысл своего сообщения? Практически она знала только несколько командно‑ритуальных фраз, несколько исполненных чести и достоинства поз.

– Убейте ее, – сказал Коротышка.

Казалось, пришел ее час. Сейчас ей не помогли бы даже слова, которых прежде не хватало, чтобы донести до Охотников такую важную информацию.