— Не мешай, салага. — презрительно отозвался Манях. — Продолжай, Инга. А то некогда было разобраться в такой суматохе.

Теперь девушка уже знала, где у этой штуки дуло. Она направила стручок от себя и снова осторожно нажала спуск. Снова слетел язычок огня, но очень уж быстро — эта штуковина не была предназначена для освещения, она была оружием и метала огонь слишком быстро. В конце концов струя пламени угодила в потолок низкого коридора, и к удивлению всей группы потолок загорелся. Он был сделан из камня, но почему-то горел.

— Вот так раз! — удивилась Инга. — Это же каменный уголь! Мы подожгли подвал!

— Какого черта? — ощетинился в страхе Валёк, глядя, как огонь начал распространяться, медленно расползаясь по потолку и переходя на стены. Коты всегда боялись огня, и потому занервничали.

— Ребята, давайте быстро уходить. — сказала Инга. — Скоро тут будет нечем дышать.

— Я не знал, что эти камни горят. — буркнул Манях.

— Неужели все подвалы собакоидов выложены этим камнем? — спросила Инга.

— Представь себе. — ответил Манях.

— Тогда они живут на бомбе. — дрогнувшим голосом сказала Инга.

Да, трудно было представить, отчего всё это хозяйство не загорелось раньше — от горячего зноя Джарвуса-1. Возможно, потому, что подвалы укрывались от внешнего жара толстым слоем земли.

Отряд проскользнул под стелющимся по потолку синеватым пламенем.

— Мне всегда не нравился этот запах. — буркнул Манях. — Как видите, я не ошибся — дело дрянь.

— Достаточно только где-то в этом подвале появиться пробоине, как здесь образуется подземная топка. — согласилась Инга. — А далеко распространяются эти коммуникации?

— Далеко. — признался разведчик. — Крепость — это только верхушка, а на самом деле эти ребята большую часть времени живут в таких норах. Всё-таки, Джарвус-1 это не Джарвус-2! А Псякерня не Скарсида. Это наша планета благополучно отгородилась от солнца своим бронированным задом, а этим приходится очень скверно.

Они шли снова в темноте, только сзади неярко сияли отблески начавшегося пожара. Моррис как-то не подумал об освещении, потому что сам ни разу не оказывался в таком месте. Он положился на опыт разведчиков. Так оно и было, но в этот раз война на планете пошла не тем ходом, а этого как раз и не учли.

Манях останавливался и снова нюхал воздух, в котором более всего ощущался запах естественных отходов — откуда-то издалека несло слабым ветром, в котором присутствовало много запахов, и они не нравились следопыту. Он словно видел в темноте и нередко говорил своим спутникам: осторожно, тут боковой проход. Таких проходов было много, и заблудиться в них ничего не стоило. Весь отряд примолк, доверяясь чутью старого разведчика и его опыту. Он много раз ходил в такие подвалы и никогда там не терялся.

— Итак, впереди горит. — сказал он, наконец. — Это очень скверно, потому что позади тоже горит. Ни один из этих проходов не ведёт наружу, значит, надо отыскать другие выходы.

— Наверно, падающие деревья и туши скворров пробили дыры в сети. — предположила Инга. — Ведь падение замороженной туши с высоты подобно падению метеорита.

— Я тоже так думаю. — согласился Манях. — Однако, все эти соображения не приведут нас к выходу.

— Чего мы идём? — внёс свой нетерпеливый вклад в беседу молодой Валёк. — У нас же есть доски. Здесь достаточно высоты потолков, чтобы скользить.

— А в стену врезаться не хочешь? — язвительно отозвался старый следопыт.