По комнате эхом отдались шаги Халмера, который, приблизившись к двери на противоположной стороне, объяснил:

– Здесь находится ванна. Единственное, что было у Терри наверху, это вода. Ни газа, ни электричества, но воды вволю.

– Погодите‑ка, – сказал я, опускаясь на колени, чтобы осмотреть пол у порога. Но на нем не было ни пятен, ни подтеков, ничего, что нарушало бы тонкий серый слой пыли.

Поднявшись на ноги, я отряхнул брюки и последовал за Халмером через комнату. Либо здесь, в самом центре из‑за отсутствия окон было попрохладнее, либо я просто начал привыкать к жаре, но я уже не потел, как раньше.

Ванная оказалась, к моему удивлению, современной, просторной, со всеми необходимыми атрибутами. Освещалась она опять же старой настольной лампой без абажура, но на этот раз лампа стояла не на полу, а на пластиковой тумбочке рядом с раковиной. В ее лучах отражались выложенные бежевой плиткой стены, покрытый белой плиткой пол; свет от нее падал на бежевую ванну и душевую кабинку с дверьми из матового стекла, бежевый унитаз и раковину, большой, из двух секций медицинский шкаф с зеркалами в хромированной окантовке и белую, отливающую серебристым блеском тумбочку из пластика.

– Неплохо, да? – хмыкнул Халмер. – Прямо как в лучших гостиницах. Моя ванная с этой ни в какое сравнение не идет.

– Да, впечатляет, – согласился я. Затем подошел к душевой кабинке и отодвинул дверцу. На полу в душевой волнистыми линиями были наклеены полоски какого‑то пластика, чтобы не поскользнуться. Из смесителя медленно, по каплям сочилась вода.

– Что это? – удивился ‑Халмер.

– Кран подтекает.

– Разве? Всегда был в порядке.

Я вошел вовнутрь и проверил краны. Кран с холодной водой был завернут не до конца, стоило мне закрыть его, и капать перестало.

– Лажа это вся модерновая сантехника, – продолжал говорить Халмер. – Но я иногда приходил сюда принять душ. Мне здесь нравится. Если вы заглянете в шкафчик, там должны быть и наши вещи: мои, Эйба, Джорджа...

– Робин?

– Ну, само собой. Они же вместе жили, мистер Тобин. Я хочу сказать, это ни для кого не было секретом.

– Да, знаю.

Я открыл дверцу бельевого шкафа и увидел распиханные по полкам полотенца, белье, мыло, носки, разные баночки, тюбики и бутылочки.

– Ах, черт! – раздраженно воскликнул Халмер.

– В чем дело?

– Мое гостиничное полотенце, – ответил он. – Большое такое. Мой брат стащил для меня полотенце из гостиницы, в которой делал косметический ремонт, а теперь кто‑то стащил его у меня. Небось один из этих чертовых копов.

– Да нет. Зачем копу твое полотенце? Халмер пожал плечами:

– Кто знает, что может взбрести копу в голову? Они поднимались сюда, наверх, слонялись здесь, двое умывались – видите, какое грязное полотенце они оставили.

– Да, но зачем красть полотенце? – удивился я. – Нелогично. Ты уверен, что оно здесь было?

– Абсолютно уверен. Вот моя полка, моя бритва здесь, и мыло, и тапочки, все барахло, кроме полотенца. Оно белое такое, посередине – широкая зеленая полоса, а на полосе белыми буквами написано название гостиницы. А теперь его нет.

– Ты уверен, что его не отдали в стирку? Он покачал головой:

– Я свои вещи сам стираю в автомате. Очень удобно – приходишь, загружаешь белье, опускаешь деньги, потом сидишь и читаешь газетку, а через час все готово.