-  Значит, - произнес, возвращаясь к Алейне, работорговец, - она землянка?

    -  Да, - ответил я, - как и многих других, ее доставили сюда на невольничьем корабле.

    -  Занятно, - пробормотал он.

    -  В течение многих лет, - сказал я, - ее мускулы привыкали двигаться в механической, дерганой манере, похожей на движение роботов. Некоторые мышечные группы не были задействованы вообще. Надеюсь, они не атрофировались.

    -  Мы пропустили ее через самые интенсивные тренировочные программы, - сказал работорговец, - но добились небольшого успеха. Она еше не чувствует себя женщиной, не двигается как женщина и, я подозреваю, еше не поняла, что такое быть женщиной.

    -  Этому, - сказал я, - ее научит мужчина.

    -  Они что, все там такие, на Земле? - спросил он.

    -  Многие, - ответил я, - но не все.

    -  Страшное, должно быть, место, - пробормотал он.

    -  На Земле, - пояснил я, - женщины стараются походить на мужчин.

    -  Зачем это? - опешил горианец.

    -  Может быть, у них мало мужчин.

    -  Не хватает мужского населения? - уточнил он.

    -  Особей мужского пола там предостаточно, - сказал я, - а вот мужчин не хватает.

    -  Мне это трудно понять, - покачал головой работорговец.

    Я улыбнулся:

    -  Горианцу такие тонкости не объяснить.

    Он пожал плечами.

    -  Их нельзя винить, - сказал я. - И мужчины и женщины Земли стали жертвами исторических факторов, социальных, интеллектуальных и технологических особенностей развития их общества. Мальчикам с колыбели прививали антимужские ценности, заставляли подавлять свои инстинкты и бояться их. Так они и вырастали, несчастные, затравленные, подверженные множеству болезней и расстройств. Единственное утешение они находили в покорности и подчинении сложившимся законам.

    -  Значит, у них победили женщины? - спросил торговец.

    -  Нет, - ответил я, - победили машины. Женщины тоже проиграли.

    -  Не сомневаюсь, - вдруг перебил он меня, - что придет день и мужчины на Земле не побоятся стать мужчинами.

    -  Боюсь, что нет, - ответил я. - Может быть, на это отважатся редкие личности. Слишком хорошо у них налажен процесс обучения, действующий на тонком, подсознательном уровне. Там женщины открыто боятся своей женственности, а мужчины, пусть и не так откровенно, боятся своей мужественности. Они отворачиваются от зова крови, делая вид, что его просто не существует. Они считают опасным следовать собственным инстинктам, и с каждым годом им становится все труднее сбросить наброшенные цепи. Соответственно самые слабые, глубже всего забравшиеся в капкан, заняли первые места. Зная, что у них никогда не хватит сил востребовать свои законные права, они опасаются, что это сделают другие, и истерично проповедуют все новые и новые запреты.

    -  Слабые, - произнес горианец, - должны всегда бояться сильных.

    -  Они боятся мира, в котором живут.

    -  Значит, если я слабый, пусть все будут слабыми? - нахмурился торговец.

    -  Именно так.

    -  А как же женщины?

    -  Пытаются имитировать мужественность, которую не находят у мужчин.