Я взглянул на девушку, пытаясь оценить, насколько она понимает разговор на горианском языке. Похоже, не очень.

    -  Встань, девушка, - обратился я к ней по-гориански.

    Она грациозно поднялась.

    -  Наручники! - резко произнес я.

    Она тут же забросила ручки за спину, вытянула и повернула головку влево. В такой позе на нее удобно надеть наручники и пороть плетью.

    -  На колени, - сказал я. Она снова опустилась в позу рабыни для удовольствий.

    По другую сторону от нее стояла, скрестив руки, огромная рабыня в шнурованных сандалиях и с плетью в руке. Та самая, что отвела ее в первый день в пеналы Тора. Рабыня улыбалась.

    Я показал на каменный пол и приказал на горианском:

    -  Ползи.

    Девушка распласталась на животе, подползла ко мне и прижалась губами к моим ногам. Я отметил, как приятно щекочут кожу ее волосы.

    -  Назад, - сказал я, и она поползла на место.

    -  На колени!

    Девушка выпрямилась и приняла позу рабыни для удовольствий. Глаза ее сверкали гневом. Отлично, подумал я.

    -  Проявляла ли она усердие? - поинтересовался я. - Да.

    Я улыбнулся. Кажется, девчонка решила прибегнуть к покорному бунту. Чтобы избежать голодания, порки и прочих кар, она исполняла все требования, стараясь при этом сохранить за собой островок свободы. Ей казалось, что она нас обманывает. Я не собирался вмешиваться, пусть настоящий хозяин отберет у нее этот остров и сделает из нее полноценную рабыню. Пока же, решил я, пусть думает, что она нас перехитрила. Рано или поздно хозяин обломает ее окончательно.

    Я нисколько не сомневался, что в руках сильного человека Алейна превратится в восхитительную рабыню, любящую и ценящую свое рабство.

    Я взглянул на великаншу с хлыстом, замершую у серебряного занавеса.

    -  Почему ты не носишь шелк для рабов?

    Глаза женщины сверкнули, а пальцы сжались на рукоятке хлыста.

    -  Она весьма ценится в пеналах, - ответил за рабыню ее хозяин. - Держит в страхе остальных рабынь.

    Я повернулся к Алейне.

    -  Скажи, - спросил я по-английски, - что ты думаешь об этой рабыне?

    -  Я боюсь ее, - прошептала крошка Алейна.

    -  Почему?

    -  Она очень сильная и грубая.

    -  Ты боишься в ней мужского начала, - пояснил я. - Но это не имеет отношения к настоящей мужественности, это подделка. - Я пристально посмотрел ей в глаза. - А вот чего тебе действительно следует бояться, так это мужественности мужчин.

    -  Она стоит любого мужика, - прошептала Алейна.

    -  Приведите раба мужчину, - попросил я работорговца.

    Немедленно появился раб. Он не производил впечатления крупного человека, хотя был примерно на дюйм выше рабыни.

    -  Вы даете гарантию, что этот человек не урод, не тупица и не инструктор по рукопашному бою?

    -  Можете быть спокойны, - ответил работорговец. - Он чистит пеналы. Раньше был гуртовщиком. Попался на подделке надписей на ящиках со специями.

    Я положил медный тарн на стол работорговца.

    -  Деритесь, - приказал я рабам.

    -  Деритесь, - повторил работорговец.

    Мужчина смутился, зато женщина завизжала от ярости и кинулась на него с плетью.