Дальнейшее опричник помнил смутно. Плохо закрепленный сундук ударил его под коленки, потом он врезался в жесткий борт. Подскочивший Шон, как щенка, за шиворот отволок воеводу к носу, продел под мышками канат, закрепил его у последней не снятой мачты. Дальше было одно мелькание облаков и рев ветра, брызги и крики людей, смываемых за борт…

То была самая страшная ночь для опричника, которую он вспоминал с содроганием до самой своей смерти.

…Разбудил его ангмарец:

— Испей водицы, княже.

— Буря кончилась? — хрипло спросил Басманов, опустошив полмеха.

— Как налетела, так и исчезла. Унеслась терзать ливонские берега. На когге троих Морская Девка взяла.

— А остальные корабли?

— Один показался, просигналил — Булава терпит бедствие, иду на помощь. Мы тоже сейчас паруса поставим и туда поспешим.

— Отвяжите меня.

Освободившись, Басманов подошел к изможденному Карстену Роде.

— Могло быть и хуже, — заметил датчанин, — Думается мне, свенам не слабее досталось. Особенно тому нахалу, что паруса не стал снимать. Наверняка мачты обломало.

Слабый ветерок сменялся резкими порывами, на юге темнела грозовая полоса, уносясь к континенту.

— Булава выжил?

— Я же говорил — крепкий парень. Мы к нему идем.

Однако на помощь терпящему бедствие коггу они не поспели. Тот, пережив бурю, все же набрал столько воды, что ушел на дно. Благо, находившийся рядом корабль подобрал всю команду. К радости ангмарца, ни один из троих легионеров, которых Роде разместил на судне Булавы, не пострадал.

Два капера ринулись по морю, выискивая двух оставшихся членов эскадры. Вскоре по пушечной канонаде определили: ищут не только они.

— Вот ведь настырный народ, — покачал головой Роде. — Заряжай пушки. Ядрами заряжай!

Вскоре в солнечной дорожке показался русский когг и свенский флагман, увлеченные артиллерийской дуэлью. У шведов орудий оказалось побольше, они били прицельнее и мощнее. Фактически, капер погибал.

Роде поставил у кормового руля одного из своих мавров, обезьяной взлетел по мачте в корзину впередсмотрящего.

— Думает — бога, тьфу ты… черта за хвост поймал? А ну, галсом к нему. И дайте сюда кто-нибудь рог, акульи дети!

Чернокожий спутник Роде со странной кличкой Брамсель вскарабкался наверх и протянул капитану сигнальный рожок. Вскоре оба каперских судна, повинуясь командам датчанина, начали смертельную карусель напротив свенского судна.

Цепи действительно разрушили оснастку и изорвали шведу паруса, буря довершило остальное. По сути, свен сделался малоподвижной мишенью. Хитрым маневром Роде дал выйти горящему кораблю из боя, поставив два своих судна напротив неприятеля, ловя парусами ветер.

Скандинавы также пытались двигаться, уповая на весла, но людей у них не хватало. Сказалась и буря, и артиллерийская дуэль, и желание держать в готовности абордажную команду.

— Смотри, княже, что такое грамотный бой! — крикнул Роде сверху.

Пушки были расставлены у всех трех кораблей вдоль бортов, на корме и носу лишь про одному-два орудия. И Роде мастерски использовал это обстоятельство.

Когда свен дал первый залп, корсары стояли к нему носом, представляя собой малопривлекательную узкую цель. Пока лишенный парусов гигант перезаряжал орудия, каперы развернулись и дали залп, что называется, всем бортом. Но только свены справились со своими пушками, а перед ними оказались лишь две кормы…

Таким образом, используя свою большую подвижность, датчанин буквально превратил свенский флагман в руины.

— На абордаж пойдешь? — спросил Басманов, любуясь на пылающий гигантским костром корабль.