– Я понимаю, к чему вы клоните. Но с Алиной все в порядке. Вчера она вернулась домой бодрая и здоровая.

– Значит, она рассказала вам, что сеанс отменился, потому что меня не было?

«Нет. Она ничего не сказала, зато…»

– Да-да, конечно, – солгал Нильс.

– Рад слышать, что с ней все в порядке. Мне только интересно, может быть, фрау Грегориев встретила кого-то в подъезде или в лифте?

«Нет, она ничего не говорила… Зато пришла домой вместе с этим Цорбахом».

– Она не упоминала ничего необычного, но я могу у нее спросить, когда она придет.

– Да, пожалуйста, спросите. Если она действительно что-то видела, мне, пожалуй, стоит обратиться в полицию. Пусть даже ничего не пропало.

– У вас ничего не украли? – Нильс преждевременно завершил программу на беговой дорожке, но остался стоять на месте.

– Нет. В этом-то и странность, – ответил Рей. – Собственно, именно это меня больше всего тревожит. Но в любом случае я жду вашу невесту завтра в пятнадцать часов. – Доктор Рей, кажется, собирался попрощаться.

– Ах, вы не получили имейл? – спросил Нильс

– Какой имейл? – Голос психиатра прозвучал настороженно.

– Алина не хочет продолжать у вас лечение.

Пауза. Казалось, эта новость парализовала речевой центр Рея. Его голосовой аппарат заработал вновь лишь с запинками.

– Что? Я… э-э… как… Нет, она ни словом об этом не обмолвилась. И, как я уже сказал, вчера мы не виделись.

Нильс взял в руки телефон, через который были подключены его Bluetooth-наушники, и полотенце, висевшее на поручне беговой дорожки.

– Тогда, пожалуйста, проверьте папку со спамом, доктор Рей. Насколько я знаю, Алина собиралась вам написать. У нее сейчас слишком много дел, и она хочет сначала восстановиться после операции, прежде чем разбираться с душевными последствиями.

– Звучит на первый взгляд логично, но, по-моему, это ошибка.

– Возможно, но это ее решение.

Нильс услышал, как в прихожей открылся лифт. Том-Том тяжело дышал. Раздались шаги. Понизив голос, Нильс сказал:

– Мне нужно идти. Она свяжется с вами, как только решит продолжить терапию.

Он положил трубку, прежде чем Алина появилась из-за стеклянной двери. Том-Том, вероятно, устроился у дивана, позволив хозяйке войти в спортзал одной. Алина выглядела немного запыхавшейся, а лицо раскраснелось, будто она поднималась пешком по лестнице, а не приехала на лифте.

– Кто это звонил? – спросила она. Обычно Алина не проявляла такого любопытства, но она, конечно, знала, что Нильс крайне редко прерывает тренировку ради звонков – значит, это было что-то важное.

– Твой психиатр. С тобой все в порядке? Ты выглядишь усталой.

Бледная. Глаза впали еще сильнее.

– Да, все в порядке, – ответила Алина, и ему показалось, что она избегает его взгляда. – Я просто вся промокла. Чего хотел Рей?

Нильс подошел к кулеру возле стойки с гантелями и налил в бумажный стаканчик охлажденной воды.

– О, он хотел сообщить тебе сам, но не смог дозвониться.

– Что он хотел сообщить? – спросила она.

Их разговор прервал зазвонивший телефон Алины.

– Ответь, – сказал Нильс.

Она покачала головой.

– Это был просто знак, что он уже здесь.

– Кто?

– Цорбах… мне нужно ненадолго уйти.

– Ага. – Нильс смял бумажный стаканчик и бросил его в мусорное ведро у двери. – Ты же только что пришла?

– Чтобы забрать кое-что.