– Ни малейших. Мне нечего бояться.

– Значит, с этим пистолетом у вас все чисто. О’кей. Что вам должен вернуть Маккриди? Наркоту?

– Он должен мне деньги.

– А он вот кое‑кому сказал, что еще и некий «товар». Какой?

– Чушь. Мальчишка набивает себе цену. А сам попросту обокрал меня. Взял деньги и не отдает!

– Деньги за наркотики?

– Еще раз повторяю, он иногда выполняет для меня курьерские поручения. Служба доставки, так сказать. Время от времени переправляет наличность. В данном случае у него на руках оказалась весьма значительная сумма. С ней‑то он и канул.

– Джаффар Маккриди исчез после того, – сказала Уинсом, – как вернулся из деловой поездки. По его словам, был в Амстердаме и в Лондоне. Это как‑то связано с тем, что в итоге у него оказались ваши деньги?

– Если вы думаете, что я намерен обсуждать с вами свои приватные сделки, то сильно заблуждаетесь, миз Уинсом.

– И часто вы используете сельскохозяйственных рабочих в качестве сборщиков долгов? – поинтересовался Бэнкс.

– Киаран с Дарреном способны на многое. Умом они не блещут, но у них масса других достоинств. Те, кто с ними общаются, испытывают… сильный дискомфорт, в чем, я уверен, вы и сами убедились. Нередко им достаточно всего лишь познакомиться с человеком, как ему уже хочется поскорее выполнить их просьбу. Это полезно, когда речь идет о больших суммах.

– Не сомневаюсь. На днях они до полусмерти напугали двадцатилетнюю девчонку, не повинную вообще ни в чем, кроме того, что она снимает комнату в одном доме с подружкой Джаффа, а потом связали и угрожали порезать на куски некоего Виктора Мэллори. Крутые ребята, чего уж там. Вы знаете Мэллори?

– Вроде нет.

– Он учился с Маккриди в одной школе, потом в университете.

– А, «узы старой дружбы». Ну, Джафф всегда вращался в изысканном обществе. На мой вкус, там слишком много денег и снобизма. Кембридж в изобилии поставляет нам таких персонажей. А я добился всего тяжелым трудом, не чурался никакой, даже самой грязной работы. В университете не учился, а школа в Западном Лидсе, куда я ходил, на элитное закрытое заведение никак не тянет. Так что друзья и знакомые Джаффа мне до лампочки. Они мне ни по возрасту, ни по статусу не подходят. Я их не знаю и знать не хочу, включая и этого вашего Мэллори.

– Вам известно, какую информацию Киаран с Дарреном пытались получить у него и у соседки Эрин Дойл?

– Просветите меня.

– Они хотели узнать, куда направляется Джаффар Маккриди.

– Ну вот, мы начинаем все по новой, а? – Фанторп развел руками. – Я бы и сам очень хотел это знать. Впрочем, есть еще одно обстоятельство, о котором пока никто почему‑то не сказал ни слова.

– А именно? – спросил Бэнкс, который догадывался, что Фанторп имеет в виду, и невольно ощутил мерзкий холодок.

Фанторп встал, щедро плеснул себе виски и отсалютовал стаканом Бэнксу:

– Ваша дочь, Бэнкс. Трейси. Никто пока не упомянул о том, какова ее роль в этом деле, не так ли? – Он прислонился к стене и усмехнулся. – Н‑да, мистер Бэнкс, если бы спросили моего мнения, я бы сказал, что у вас большие неприятности. Весьма прискорбно. У меня у самого две дочери, так что я вас понимаю. Но как знать, вдруг если мы обмозгуем это вместе, то сумеем помочь друг другу? Что вы на это скажете?

Джафф оставил фургон возле раздолбанной «мини» с отодранными дверцами. Район был застроен кирпичными домами – от времени из красных они превратились в темно‑бурые. Здесь где‑то неподалеку кладбище Бистон‑Хилл, вспомнила Трейси.