Аэропорт Нарита практически не отличался от воздушных ворот тех столиц, где Лисовский уже бывал. Модерновое просторное здание, обилие световых указателей и рекламы, пестрый калейдоскоп желтых, белых и черных лиц.

Назарян отыскал пару свободных мест в зале ожидания, оставил там Лисовского, а сам отправился звонить своим церковным боссам, докладывать, что прибыли благополучно.

Александр Андреевич поймал себя на том, что оглядывает стены в поисках рекламы «Сумитомо» с указанием реквизитов. Усмехнулся, потрогал на груди то место, где в застегнутом кармане покоился чек. Терпение, сказал он себе, терпение и осторожность. Только эти два качества никогда не подводят.

Вернулся Жора Назарян. Он был чем-то озабочен.

— Неважные новости, — буркнул он. — Придется подождать с нашим делом…

Он прервал себя на полуфразе и нервно оглянулся.

Александр Андреевич почувствовал, как заныло сердце.

— Да что случилось?

— Ничего страшного! — спохватившись, стал успокаивать его Назарян. — Власти начали какую-то очередную проверку деятельности секты, придется подождать до завтра, когда чиновники уберутся из центра. Поедем пока в гостиницу, тем более что и так поехали бы в любом случае — вам, как человеку пока непосвященному, не разрешается ночевать в общине.

— Не очень и стремлюсь! — откликнулся Лисовский.

И они пошли к выходу, мимо снующих невысоких японцев с непроницаемыми, словно из древнего фарфора, лицами, мимо развязных, шумных американцев, надменных немцев и англичан, мимо коренастых полицейских, с профессиональной недоверчивостью посматривающих на пассажиров.

— Поедем к американцам, в «Хилтон», — сказал Назарян Лисовскому, когда они уселись в такси. — Это, конечно, дороже, чем обычная японская гостиница, но я к их экзотике так и не привык, думаю, что и вам будет не очень уютно ночевать за бумажными стенами и на циновках.

— Я не против, но не знаю, хватит ли у меня денег…

— Расходы берет на себя принимающая сторона. Этот деловой обычай японцы довели до совершенства: вы и девочку можете получить за счет фирмы, если захотите…

— Нет уж, — улыбнулся Лис. — Первым делом самолеты.

— Что? — рассеянно переспросил погруженный в свои думы монах.

— Да нет, это просто поговорка из старого фильма.

— Поговорка поговоркой, но если что, скажите, не стесняйтесь.

— Скажу.

«Хилтон» оказался действительно чисто американским отелем, разве что обслуживающий персонал в большинстве своем состоял из вышколенных японцев и очаровательных японочек, отменно, впрочем, владеющих английским языком.

Без особых проволочек, с массой улыбок, сопровождавших процесс оформления на постой, они получили двухместный номер на одиннадцатом этаже и, не мешкая, поднялись в него. Не обремененные багажом, несуетливые, несолидные, они производили впечатление серьезных бизнесменов. Таковыми, при некоторых оговорках впрочем, и являлись.

В номере Лисовский разделся, повесил куртку во встроенный одежный шкаф у входа.

Назарян же беспокойно ходил по комнате.

— А почему власти интересуются вашей сектой? — спросил Александр Андреевич. — Есть какие-то нарушения?

— Да нет, какие нарушения? Като не лезет ни в политику, ни в экономику, никому не мешает…

— Тогда в чем дело? Вдруг про нас узнали?

— Э, ерунда! Просто в этой стране развелось много святых, которые любят власть и деньги, а верующих на всех не хватает!

— А плутоний ему зачем? И разработки вдобавок?

— Вот это вы у него сами спросите! — рассмеялся Жора.