Две недели прошли в бешенном ритме. Приставленная ко мне группа кроме сторожей-охранников сбила подошвы, бегая по моим «хотелкам» и расширили свой лексикон, в тихую матерясь на мое сумасбродство.

И арбалеты давай, да еще барабанные, чтобы били без перезарядки пять-шесть раз. Видел Корней Владимирович такие только в записи видео, но то их проблемы. И винтовку давай, а еще каждый день с инструктором тренируй меня и азы единоборств и холодняк не тот, и грамоты слишком умелые – не могли в петровские времена так качественно сделать дворянскую грамоту.

Да – я хотел сразу в князи! А что за князь без лошадей? И тут уже были требования серьезней. Вначале я потребовал пять коней разных пород, чтобы во все исторические периоды быть «на коне». После долгих споров остановились на трех породах коней. Брал я ахалкетинца, мощного коня фризской породы и орловского тяжеловоза.

А потом я захотел собачку, да еще тренированную, но до года. Станок слесарный в разборе с ножным приводом. А доспех из титанового напыления, да сложный составной, да кольчужку. А потом еще, еще и еще.

– Хорошо, что эффекта бабочки нет, а то с таким подходом – «кранты» нам всем ныне живущим. Даже спонсоры обратили внимание, а их капиталы тяжелы, – проговорил Илларион Михайлович, рассматривая мой скарб, который грузили на грузовой самолет.

Грузовой самолет внутри был оборудован как мобильный и элитный госпиталь. Там было множество аппаратуры, мебель, несколько генераторов, мебель и много чего еще. Мой скарб, который казался очень массивным, занимал не больше одной пятой пространства внутри самолета и это еще с коняками и большой платформой. Она была восемь на четыре метра, но главное – глубокая. Посередке размещались чудо-телега, которая была в комплектации «сани». По бокам саней, как и внутри, были четыре мини-сейфа, замок которых закрывался цифровым и буквенным обозначением. Там были уложены монеты, другие драгоценности, частично семена, винтовка, пистолет и часть боеприпасов. Разрубить или как-то вскрыть сейфы без помощи современного инструмента было невозможно. Было и в санях двойное дно, где были сложены часть зеркал, картошка и оставшаяся часть семян. Сани получились тяжелыми, но эксперимент с орловским тяжеловозом показал, что коняка может их тянуть. Живность должна быть усыплена и прикреплена по бортам специальными ремнями. Так, скакун и тяжеловоз находились по длинным краям, пес – передняя стенка, а фриз – задняя стенка.

– А доставим? – засомневался я, осматривая свое добро уже в самолете.

– Доставим! Все решили и рассчитали, должно получиться. Смешно будет, когда сразу через переход все это отберут местные временные аборигены. Мы же не знаем, куда и где выбросит. Есть догадки, что инфополе не позволит выйти при скоплении народа, но все же… – приставленный куратор, как он в кокой-то момент определил себя, посмотрел на старика. – Самочувствие как, Корней Владимирович?

– Ваши пилюли – волшебство! Даже не надо колоть инсулин, я даже легкие тренировки по рукопашке осилил, – восхищенно проговорил старик. – Признаюсь, в какой-то момент были мысли бросить ваши игры.

– Куда же бросить – под миллион мертвых американских президентов ВАШИ игры обошлись, если не считать лошадок. Надо же помесь ахалхетинца с арабом? А золотишка-то сколько? – с укором произнес куратор.

– Осел, груженный золотом откроет любую крепость, – подражая мудрецу, изрек старик.

– Корней Владимирович подпишите вот это! Это купчая на квартиру, да и коллекцию Вашу неплохо оценили. Вы же удостоверились в резко ставшей успешной жизни Вашего сына? – куратор протянул бумаги.

– Да не вопрос – сгорел гараж, гори и хата, – с улыбкой произнес старик и подписал.