— Не сдерживайся. Скажи мне, что ты на самом деле чувствуешь.

— Я заслуживал большего, чем чертова записка!

— Может быть, она боялась, что не сможет уехать туда с тобой, — предположил Кальдар.

— Что, черт возьми, это значит? — Ричард развел руками. — Ты намекаешь, что я причинил ей боль?

— Нет, я имею в виду, что Марисса никогда не была склонна к конфронтации. Хотя, я не знаю, ты же ужасный ублюдок, когда начинаешь. — Кальдар подмигнул ему.

Ричард указал на него пальцем.

— О боги, перст судьбы. Избавь меня!

Он не станет бить брата. Это было бы неправильно. Ричард заставил себя сесть.

— Ты уже закончил?

— Да. Ну, нет, я мог бы продолжать, но я пощажу тебя. — Кальдар налил еще вина. — Все получится. Так всегда бывает.

Ричард поднял бокал.

— Я выпью за это.

СОФИ достала из кармана туники тряпку и тщательно вытерла лезвие. Они с Шарлоттой зашагали по тропинке в лес, волкодав трусил перед ними, как какое-то чудовище из детской сказки.

— Тебе обязательно делать это каждый раз, когда ты вытаскиваешь меч? — спросила Шарлотта.

— Если я проливаю кровь, — тихо ответила девушка. — А апельсиновый сок кислый. Он разъест лезвие.

— Почему бы не сделать меч из нержавеющей стали?

— Нержавеющая сталь не гнется. Меч должен быть гибким, иначе он сломается.

Очень похоже на людей.

— Это Ричард уговорил тебя стать моим телохранителем?

— Я попросила его. Он сказал, что такая возможность существует, но окончательное решение остается за вами, и у него «нет ни возможности, ни желания принуждать вас делать что-либо против вашей воли». Иногда он ведет себя очень официально.

Он бы мог сказать что-нибудь в таком роде, не так ли?

— Люди, с которыми мы столкнулись, без колебаний убьют тебя, даже если ты еще ребенок.

— Я тоже не буду колебаться, — сказала Софи со спокойной решимостью. — А я быстрее и искуснее.

— Ты еще ребенок.

Софи сделала шаг. Движения ее руки размазались: удар, удар, удар… три? Четыре?… и она вложила меч в ножны.

В лесу стояла тишина. Ничто не двигалось.

Софи вздохнула, протянула руку и толкнула пальцем четырехдюймовое деревце. Дерево скользнуло в сторону, разлетевшись при падении на четыре части.

— Это не так эффектно, когда оно не падает само по себе, — сказала Софи. — Я быстрее Ричарда. Ему требуется на треть секунды больше времени, чтобы натянуть вспышку на лезвие. Вы знаете, что это значит?

— Нет. — Каким-то образом она знала, что ответ ей не понравится.

— Это значит, что я могу убить его, — сказала Софи.

Мать Рассвета. Она тщательно подбирала слова.

— Ты хочешь убить Ричарда?

Софи покачала головой.

— Когда Паук слиял мою маму, Уильям убил ее. Он мой шурин, и это было убийство из милосердия. Мой отец умер вместе с ней. Технически он жив. Он ест, дышит и говорит. Но он… отсутствует. Он старается заботиться о семье, потому что это его долг, но если завтра все мы исчезнем, он спрыгнет с ближайшей скалы. — Софи повернулась к ней. — Это несправедливо. Я не умерла. Я все еще здесь, но ему все равно.

Она сказала это так категорично, а ее лицо было таким нейтральным.