– Рыба?.. – осторожно предположил Максим. – Рыбу на червей ловят, ну и на других жучков. Это весной будет.

– Рыба в воде живет. А где вода – там весной будут муты. Думай еще.

– Почему я должен думать?! – неожиданно для себя вскипел Максим. – Ты, когда планировал это нападение, со мной не советовался! А я еще осенью сказал: разведать бы все как следует, продумать! Не послушал меня? Думай сам теперь!

Андрей немного помолчал, а когда заговорил, голос его звучал зловеще.

– Я с тобой по-хорошему хочу, потому что ты мне нравишься. Но сам-то ты, видать, хочешь по-плохому, да? Я ведь сказал: кто вчерашнее вспомнит – убью. Прощу только один раз, в память о том, что ты мне в драке с мутами помог. Теперь мы квиты, еще раз оступишься – и больше солнышка не увидишь. Я вообще теперь думать стану: полезен ты для общины или вреден? Вот приятель твой, Валька Хромой, тот просто обуза. А ты можешь нам зло принести, чую. Я буду думать. Но сейчас ты скажешь: как нам выживать? Ты умный, если ты не придумаешь, то кто же?

«Ты, конечно! – хотелось сказать Максиму. – Ты ведь умнее всех, неспроста ведь Главным себя назначил?» Но сказать такое вслух… Андрей сильнее его, и он не шутит. Помощи ждать неоткуда. Люди и вначале признали его власть, а теперь, когда община на краю гибели, вообще только на него и надеются. Вот если бы Максим смог дать им что-то другое… Но он не знал, что делать. И даже не хотел знать. Он хотел уйти навстречу своей судьбе и больше никогда не видеть этих стен, чего бы это ему ни стоило.

– Мы ждем, – сухо напомнил Андрей. – Вот Голова сказал, что самая длинная зимняя ночь позади, он как-то по счету дней это знает. Если не врет, конечно. Значит, середину зимы пережили, до тепла недолго осталось. Протянем как-нибудь, а вот…

– Я такого не говорил!

Максим даже испугался, когда Голова, о котором он успел как-то позабыть, высунулся из-под стола. Все это время он, оказывается, тихо сидел там. Теперь бывший старейшина – или не бывший, он ведь все равно самый старый? – сердито сверкал глазами.

– Я сказал, что после самой длинной ночи приходят настоящие морозы! Это значит, что до тепла все равно еще далеко, хоть половина зимы и миновала. Но если зима – это темное время, тогда половина! А если…

Не спеша прицелившись, Андрей метнул в Голову кость. Он ловко попал, и кость отскочила ото лба Головы со звонким щелчком. Илья прыснул было и тут же скривился от боли.

– Ты тоже меня не слушаешься? Сказано ведь: сидеть под столом и не вякать! Но раз уж ты сам про себя напомнил… – Андрей поднялся и резким движением вырвал топор из руки Вовика, который щепил доски. – Иди сюда. Община устала, община получит свежатинки. Мороженое мясо может подождать.

Голова испуганно юркнул обратно под стол, но кто-то пинком тут же вытолкнул его обратно. Прыгнув через половину «оружейки», Андрей обхватил одной рукой его за шею и прижал к полу.

– Держите ему ногу! – закричал он. – Держите ногу! Все передохнем, ну так ты раньше нас, гадина! Ты довел нас до такой жизни, ты! По частям подохнешь, я тебя еще и жрать заставлю, тварь!

Первым, болезненно морщась и держась за бок, ему на помощь двинулся Илья. Потом кто-то еще… Максим вскочил и выбежал вон. Он был противен сам себе. Надо, надо было вмешаться… И умереть.