Как только она наклонилась, чтобы взять колготки, зазвонил телефон, и она вскочила с кровати, чтобы успеть подойти к телефону до того, как заработает автоответчик.

— Тебе нужна работа.

Это была Флисс. Она дышала тяжело, как собака в сауне, преодолев расстояние от Айлингтона до Кенсингтона за рекордно короткое время.

— Быстро ты добралась. Как тебе это удалось?

— Убедила шофера автобуса ехать без остановок. — Послышался шум помех. — И не меняй тему разговора. Тебе нужна работа.

— Я знаю. — Фоби уселась на пол и подтянула ноги. — Может, Ла Грегори нужна помощница, чтобы точить ножи?

Флисс засмеялась.

— Ах, Фоби, спустись с небес на землю. Если я посоветую взять тебя на работу, а ты снова продержишься неделю, что обо мне тогда подумают? И прежде чем ты спросишь, отвечаю: нет, о других предложениях я не слышала.

— Это значит, что Жоржет действительно кого-то ищет?

— Не совсем, — уклончиво сказала Флисс. — Она просто упомянула, что она думает о расширении и корпоративной работе. Но пока это только мысль.

— Ясно… — Фоби задумчиво обкусывала ноготь, прислонившись к кровати. — И когда я смогу зайти? Ты поможешь составить мне резюме, которое ей понравится?

— Нет, нет, нет! — в настоящем ужасе воскликнула Флисс. — Мне нужна эта работа, иначе я не смогу купить глину для моих скульптур. Черт! Она уже приехала.

Ее голос стал тише, когда она наклонилась, чтобы выглянуть из окна.

— Послушай, забудь об этом, Фоби. Было бы замечательно, если бы ты здесь работала, но тебя выгонят раньше, чем она попросит первую чашку кофе. Мне нужно идти. Встретимся в кафе после обеда. Я рано заканчиваю, а в ателье сегодня приходит водопроводчик…

— Хорошо. Где?

— В «Бочке», около четырех. Хотя нет, подожди. Приезжай сюда ко мне. Жоржет может решить, что ты ей нравишься, она немного сумасшедшая. Но ни при каких обстоятельствах не упоминай, что именно я о ней тебе рассказала. Я слышу, как она поднимается по лестнице. Пока.

Послышались короткие гудки.

Тихо напевая, Фоби повесила трубку. Работа у Жоржет Грегори стоила того, чтобы из-за нее сесть на диету, покрасить волосы и лгать, размышляла она. Она устраивала вечеринки для знаменитостей, куда хотел попасть каждый.

Жоржет Грегори была самым влиятельным устроителем торжеств. Ни одна уважающая себя хозяйка в престижном районе Лондона не организовывала большой вечеринки без участия Жоржет. Она заботилась о табличках с именами, заказывала цветы и даже предлагала услуги своего шеф-повара. Только Жоржет могла позаботиться обо всем.

Должно быть, Ла Грегори — это женщина из светской элиты, с громовым голосом и увешанная жемчугами, решила Фоби, поправляя льняной костюм, который ее мать прислала из Гонконга. Даже Флисс, чей стиль в одежде был ей очень хорошо знаком, раз в неделю одевалась прилично в ее честь.

Через три часа Фоби выглядела так, словно являлась членом благотворительной организации, выстроившейся для рукопожатия с английской королевой. По сравнению с яркими, блестящими нарядами, которые она обычно носила, ее туалет выглядел скучно и блекло.

Скромная юбка кремового цвета сочеталась с белой блузкой и темно-синим пиджаком. Фоби даже проглотила свою гордость и надела такие же темно-синие туфли лодочки, которые она купила в лечебных целях. Какое-то время из-за вросшего ногтя на пальце ноги она не могла носить ничего другого.

Она зашла в комнату Флисс, где находилось большое зеркало, и едва узнала тощую, костлявую девицу, которая на нее смотрела. Единственное, что напоминало прежнюю Фоби, были ее блестящие, каштановые, коротко подстриженные волосы.

Она как раз завивала их электрическими щипцами Флисс, когда раздался звонок в дверь.