— Да наплевать мне, как этот человек выглядел! Мне важно знать, кто он такой. Он назвал свое имя, Седрик?

— Да, сэр. Он сказал, что его зовут Джордж. Должен вам заметить, сэр, что, несмотря на свой весьма потрепанный костюм, он имел смелость разговаривать с вашей супругой в чрезвычайно вольной манере.

— Джордж… — пробормотал Майлз. — Должно быть, это старый конюх Пемброков… Как по-твоему, Седрик, леди Виктория его знает?

— Думаю, знает, сэр. Во всяком случае, она приветствовала его как старого знакомого. Перекинувшись с ним парой слов, она вдруг предложила мне удалиться. Очевидно, ей требовалось поговорить с этим оборванцем конфиденциально.

— Конфиденциально? — Майлз нахмурился еще сильнее. Какие это дела мог с глазу на глаз обсуждать старый конюх с его женой?

— Что же произошло потом?

Седрик с достоинством расправил плечи и оглядел огромный пустынный холл.

— Надеюсь, сэр, вы отдаете себе отчет, что после того как мне предложили удалиться, я считал себя не вправе докучать миледи и ее гостю…

— Хватит молоть чушь, Седрик! — вскричал Майлз, донельзя раздраженный таким лицемерием. — Все в доме знают, что ты вот уже сорок лет прячешься в укромных местах и подслушиваешь, о чем говорят хозяева! Ну да речь не о том. Мне надо знать, что этот самый Джордж сказал Виктории!

Седрик напустил на себя вид оскорбленной невинности, но все же заговорил:

— Видите ли, сэр, помимо собственной воли, краем уха мне удалось кое-что услышать, но сразу предупреждаю, слышал я немного…

— Ясное дело, ты почти ничего не слышал, но продолжай, прошу тебя, — нетерпеливо бросил Майлз. — Уверен, что самое главное ты не упустил…

— Гм… я слышал, например, как этот самый Джордж сообщил миледи о похищении Кингз Рэнсома.

— Что такое?!

— Да, сэр, так оно и было: он сказал, что кто-то украл Кингз Рэнсома.

Лицо Майлза стало белее того полотна, из которого Виктория шила ему рубашку.

— Ты уверен?

Седрик утвердительно кивнул.

— Абсолютно, сэр. Правда, я не сказал бы, что эта новость чрезмерно опечалила миссис Уэлсли. Она сказала Джорджу, что догадывается, кто это сделал, и вернет лошадь в ближайшее же время.

Глаза Майлза потемнели от гнева.

— Значит, ты, Седрик, все это слышал и даже не попытался поставить меня в известность?

Дворецкий постарался с честью выйти из создавшегося положения. Состроив покаянную мину, он промямлил:

— Все случилось так быстро, сэр… Не прошло и четверти часа, как этот пресловутый Джордж и миссис Уэлсли уехали.

— Ладно, забудем на время о твоих прегрешениях, Седрик. Скажи лучше, когда они уехали?

— Час назад — или около того.

— Понятно… — мрачно кивнул Майлз. — Беги, Седрик, на конюшню и вели Сэмюэлю оседлать для меня Саммер Сторм.

— Бежать, сэр? Мне? — Брови Седрика изумленно взметнулись вверх.

— Тебе, черт возьми, кому же еще?

Седрик хотел было в ответ возмутиться таким невероятным распоряжением, но, глянув на мрачное лицо Уэлсли-младшего, передумал. Распахнув парадную дверь, он старческой рысью затрусил к конюшне — причем с невиданной для своего возраста и положения прытью.

Майлз, прыгая через две ступеньки, взлетел по лестнице на второй этаж и, словно буря, ворвался в библиотеку. Обнаружив там склонившегося над номером «Лондон тайме» отца, молодой человек воскликнул:

— Отвлекись от чтения, отец! Мне нужна твоя помощь.