— На что, например? Открыть приют для подростков, попавших в беду?

— Это так, размышления, — пожал плечами Джейк. — Забудь.

— Нет. Ты говорил, что есть много бедняг, которым не к кому обратиться и некуда податься. Почему бы не организовать для них убежище! У меня много денег. Я вполне потяну такой проект.

— Ты серьезно?

— Да! — с восторгом продолжила она. — Совершенно серьезно! Джейк, я могу это сделать. Я точно знаю. Нужно подыскать подходящее место. Какой-нибудь большой старый дом, где много комнат.

— Или большой старый монастырь, который бросили монахи, когда переехали в новое жилье на другом берегу залива.

— Ты серьезно?

— Естественно.

Его гнев остыл, и он светился улыбкой.

Она поняла, о каком месте он говорит, двухэтажном здании, окруженном с одной стороны яблоневым садом, стоящем вдали от дороги в пяти милях на восток от города, на крутом речном берегу.

— Он продается?

— Отец сказал, что он уже год, как выставлен на продажу.

— Мне нужно разрешение…

— Не стоит торопиться. Подумай, чем это может обернуться, прежде чем приступишь к делу, — предостерег ее он. — Там соберутся не только беременные девушки. Очаровательные молодые люди, наподобие ее дружка, тоже туда прибегут.

— Я с ними разберусь. Справилась же я с ним!

— Да уж, — усмехнулся он. — У него глаза из орбит вылезли, и он чуть штаны не намочил.

На этот раз она рассмеялась вместе с ним.

— Я немного вышла из себя.

— Тогда ты, может, все-таки не будешь спешить? Сначала обдумай детали, а потом примешь окончательное решение.

— Я никогда не боялась обязательств, Джейк.

Ее энтузиазм вдруг сменился напрасными сожалениями.

К этому времени парковка почти опустела. Сумерки сгущались. Ей вспомнилось, как они, бывало, уезжали куда-нибудь подальше и занимались любовью на заднем сиденье его джина. Их не волновало, что кто-то увидит.

— Что с тобой? — спросил он, вглядываясь в нее в полумраке. — Отчего потух свет в твоих глазах?

— Старые привидения. — Ее глаза встретились с его глазами. — И прохладно стало. Солнце село, и сразу похолодало.

Он наклонился вперед и запустил двигатель.

— Последнее легко исправить, а вот привидения… — покачал он головой. — Их лучше не беспокоить. Отпусти их и смотри в будущее.

— Как это сделать, Джейк?

— Прогони их. Вот так.

Она не была готова ни к поцелую, ни к острому желанию, охватившему ее. Она не была готова к тому, что с глухим стоном сдаст свои позиции, что оживет каждый дюйм ее кожи, все поры раскроются навстречу ему, как распускаются почки под щедрым апрельским солнцем.

В голове пронеслась только одна мысль, не очень логичная, ничто и никогда не сможет излечить ее от страсти к Джейку. Ее пронзила боль от осознания этой истины, по щекам потекли слезы.

— Прекрати, ты делаешь мне больно! — рыдала она, уворачиваясь от него.

Он отпрянул с непониманием на лице.

— Тебе больно? Салли, прости, я сделал это ненамеренно.

Смутившись от своего взрыва и от невозможности объяснить, что с ней происходит, она постаралась взять себя в руки.

— Ты все время это делаешь, — сказала она, когда вновь обрела дар речи. — Каждый раз, когда мы встречаемся, ты покидаешь меня и уносишь с собой еще одну частицу моей души. — Прижав к груди кулак, она перешла на шепот: — Я должна положить этому конец, иначе здесь ничего не останется.