И вообще – с какой стати он оставил машину и решил пройтись пешком? Вечерний променад? Или нежелание засветить свою нору? Скорее всего, второе…

Ну не верю я, не верю, что Анубис утратил свои профессиональные качества! Нас учили никогда не расслабляться, даже в родных краях. Хочешь выжить – бди. Всегда быть начеку – безусловный рефлекс диверсанта-ликвидатора.

Но если он засек наружное наблюдение, то почему не начинает контрманевр? Или уже начал, а я пока не врубаюсь?

Это плохо. Очень плохо. Я пока не могу понять его игру. А в том, что он играет, сомнений у меня уже почти не оставалось. Это было заметно по его чересчур уверенной, беззаботной походке.

Ликвидатор, даже в стельку пьяный, так свободно и раскованно не ходит. А тем более, специалист высокого класса, ас. Уж я-то знаю…

Проверка на предмет "хвоста" вошла в мою плоть и кровь. И я почему-то не думал, что Анубис в этом вопросе сильно отличается от меня. Скорее наоборот: "мистер Смерть" потому и выжил, что опережал своих преследователей как минимум на один ход.

Вот оно, началось!

Я невольно вжался в стену, где потемнее, лихорадочно соображая, как мне действовать дальше. Наверное, об этом сейчас думали и топтуны, потому что Анубис вдруг исчез, словно растворился в воздухе. Нечистая сила, да и только…

Куда он девался!? Анубис шел мимо трехэтажного дома старой постройки, как раз под окнами, вблизи – ни одной двери, нет и архитектурных выступов или проемов… Он вступил в тень от фонарного столба – и сгинул.

Топтунов едва не хватил кондратий. Они сначала оцепенели, вращая головами с таким усердием, что у меня возникло опасение, как бы их бестолковки не отвинтились.

А затем, дружно сорвавшись с места, они бросились туда, где только что был Анубис.

Но я не стал дожидаться их "консилиума". До меня наконец дошло, какой финт вытворил этот гребаный шакал.

Он рассчитал все точно. Заметив за собой слежку еще в ресторане, Анубис немедленно ушел в отрыв. И сделал это классически.

Все было продумано заранее. Это был его стиль. Сначала он проверил правильность своего предположения по поводу "хвоста", затем вычисли топтунов и… провалился сквозь землю. В прямом смысле.

Я знал такие трехэтажные дома. У них есть одна примечательная особенность: подвал с окнами на уровне тротуара, до половины утопленными в землю. Ниши для окон обычно прикрывались горизонтальными решетками – чтобы кто-нибудь случайно не поломал ноги.

Анубис быстро сдвинул решетку, открыл окно и нырнул в подвальное помещение. Где – я в этом совершенно не сомневался – был выход на другую сторону здания.

Весь этот трюк был подготовлен Анубисом заранее: и решетка подпилена или отвинчена, и шпингалеты на окнах открыты, и проход освобожден. До чего же предусмотрительная сволочь…

Я не стал мешкать, и рванул в переулок, который выводил на параллельную улицу. А затем забежал во двор, образованный шестью трехэтажными домами, среди которых был и тот, что мне нужен.

Во дворе царила чернильная темень, несмотря на присутствие фонарей. Наверное, у мэра на весь город не хватило лампочек. Бывает…

Во всем дворе светились всего пять или шесть окон – мне было недосуг их сосчитать. Все мое внимание приковали лишь черные окна совершенно конкретного подвала. Где-то там, в темноте, бродил шакал с ядовитыми клыками.

И что мне теперь делать? Вечный вопрос…

Я не был до конца уверен, что Анубис еще находится в подвале. Он мог и опередить меня. Но какое-то чувство подсказывало мне, что Анубис задумал нечто иное, нежели простой отрыв от слежки.

Теперь все зависело от топтунов.