– Я слышал, что у тебя есть машина. – Он попытался представить, как она сталкивает с дороги двух парней, и хотел ее расспросить об этом, но заговорил о другом: – А если мне удастся завести твою машину?

– Без ключей?

– Дашь мне какую-нибудь проволоку, и сойдет.

У Райана был приятель, Бад Лонг, который научил его пользоваться проволокой: закоротить стартер, протянуть проволоку от батареи к катушке зажигания, обязательно зацепив ее с правой стороны, чтобы не пережечь контакты. Бад Лонг работал в кредитной компании в Детройте, в квартале Ливернуа, вокруг которого на мили тянулись стоянки отработавших автомобилей, и компания чаще всего выдавала ссуды на покупку машин. Когда покупатель запаздывал с выплатами или прикидывался, будто не получает уведомлений о платежах, Бад Лонг по ночам выезжал конфисковывать его машину с помощью проволоки. Иногда Райан или пара других ребят отправлялись с ним вместе помочь чем-нибудь, и Бад Лонг позволял им завести машину. Обычно они уводили ее, вот и все. Однако пару раз, когда их кто-нибудь замечал, приходилось поскорее удирать, оставив автомобиль с открытым капотом и торчащей оттуда проволокой, срезая на бегу углы, виляя между домами, мчась к стоявшей на соседней улице машине Бада Лонга. Однажды они получили в заднее крыло пулю из шестнадцатизарядного дробовика, но сумели уехать. (Бад Лонг сказал: "Наверняка сукин сын и за дробовик задолжал".)

Угонять машины с Бадом Лонгом было здорово и законно, по крайней мере с виду законно. Впрочем, Бад знал, что делает. Но потом пара других ребят принялась угонять машины без ключей, когда им хотелось куда-то проехаться, а никто их не подвозил, да и вообще глупо кого-то упрашивать подвезти. Райан несколько раз проехался с ними, когда они заезжали за ним. Приводили машину в центр города или туда, куда собирались поехать, и там бросали.

И вот как-то раз – в половине третьего ночи на Ист-Джефферсон возле завода "Юниройял" – тупой сукин сын Билли Моррисон, с которым катался Райан, швырнул из окна пустую пивную бутылку. А за полквартала позади них стоял полицейский автомобиль. Их поймали, обыскали, привезли в участок на Бобьен и обвинили в угоне машины. Райан позвонил старшей из двух своих сестер, Мэрион, которая была замужем за адвокатом, сообщил о случившемся, и его зять, добросердечный Карл, посоветовал Джеку посидеть в тюрьме – может быть, это послужит ему чертовски хорошим уроком. На следующий день Райану было предъявлено обвинение, и он не признал себя виновным. Был назначен залог в пятьсот долларов. Поскольку без помощи зятя он никак не мог заплатить залог, то провел восемь дней в тюрьме округа Уэйн. На дознании Карл беседовал с адвокатом Билли Моррисона, оба стояли, кивая друг другу, зажав кейсы под мышками, и, прежде чем Райан об этом узнал, ему с Билли Моррисоном предъявили другое обвинение – в незаконном вождении автомобиля – и отправили на утреннее заседание суда. Так как у них это было первое правонарушение, обоим дали год условно, и зять увез Джека обедать, чтобы "немножко поговорить".

А на следующий день – Райан считал это мировым рекордом по неудачному расчету времени – он опять оказался на утреннем заседании, только теперь сидел на огороженной со всех сторон скамье вместе с запойными пьяницами и цветными шлюхами, ожидая своей очереди предстать перед тем же самым судьей. На сей раз судили не Билли Моррисона и Джека Райана, а одного Джека Райана.

Время было рассчитано из рук вон плохо, к тому же добавилось жуткое, гнусное невезение самого что ни на есть наихудшего рода, потому что такого просто никогда не должно было произойти.

Он пошел с Карлом обедать, чтобы "немножко поговорить", потом сходил в кино и вернулся домой. Надо же было время от времени возвращаться домой.