— Прекрасная. — Но тут же она прикусила язык, а затем, понизив тональность голоса, недовольно проворчала: — Я уже хотела было выключить ее.

— Пожалуйста. Как тебе заблагорассудится… Да, и вот еще что, кстати. — Его лицо стало серьезным. — Сейчас мы все вместе позавтракаем, а потом ты приоденешься получше — и я повезу тебя на поиски работы.

— А я сначала хочу поговорить с тобой, — процедила она сквозь зубы и, бесцеремонно взяв его за руку, вывела из кухни в прихожую.

— Ты можешь сделать это в машине, когда мы будем уже в пути. — Дженнифер молчала, выжидая паузу, и он добавил: — Ну хорошо. Я выслушаю тебя, когда Энди уйдет в школу.

— Нет! Я не могу ждать! Ты выслушаешь меня немедленно! — прошипела несговорчивая женщина.

— Должно быть, ты закричала бы на меня погромче, если бы рядом не было твоего сына, — хладнокровно, но справедливо поддел ее Бардалф.

В этот момент из кухни вышел Энди, и Дженнифер пришлось сдаться.

— Хорошо, поговорим позже, — сказала она.

— Буду ждать с нетерпением, — буркнул он.

— Э-э, у меня есть один вопрос, — обратился подросток к Бардалфу. — Ты знаешь что-нибудь о Древней Индии? Мне нужно сделать небольшое сообщение в классе…

— Я провел в Индии почти два года, — ответил Бардалф. — Бывал в Дели, Мадрасе, Калькутте…

Через минуту мальчик уже во все глаза смотрел на своего необыкновенного собеседника и с раскрытым ртом слушал его удивительные рассказы об удивительной стране. Дженнифер тоже так увлеклась легендами и реальными историческими событиями, о которых говорил Бардалф, что боялась пропустить даже одно его слово. Магараджи и бедняки, жадность и щедрость, убийства и любовь до гроба — обо всем этом он рассказывал с такими красочными подробностями, с таким азартом и воодушевлением, что она верила буквально всему, о чем узнавала от него.

Дженнифер видела, что этот человек излучал невероятно сильное обаяние, которое не могло не воздействовать на ее впечатлительного сына.

Но она даже и представить не могла, что будет с Энди, когда он узнает, что этот обаятельный человек собирается выгнать их из дома, в котором они родились…

Закончив свой экскурс в историю Древней Индии, Бардалф жестом показал Дженнифер, чтобы она шла к себе наверх переодеваться, а затем помог Энди собрать учебники и отправиться в школу.

Через десять минут Дженнифер была готова. В своем лучшем костюме бутылочно-зеленого цвета (купленном на развале и не вполне подходившем ей по размеру), в грубой синтетической рубашке, в изрядно изношенных, но до блеска начищенных туфлях и со старой дамской сумочкой она спустилась вниз, поправила перед зеркалом прическу, сбрызнула холодной водой лицо и вышла на улицу.

Бардалф уже поджидал ее около своего «форда». Бегло и явно неодобрительно оглядев ее аляповатый наряд, он молча открыл перед ней дверцу, помог устроиться на переднем сиденье, сел за руль — и спустя несколько минут они уже мчались по открытому шоссе, оставив позади Монтроз.

— Итак, — начала Дженнифер, — у меня к тебе есть деловое предложение.

— Я весь внимание, — не отрывая глаз от дороги, сказал Бардалф.

— В его основе лежит принцип взаимовыгодного сосуществования. — Она кашлянула и обеспокоенно покосилась на него уголком глаза. Его лицо не предвещает ничего хорошего, мелькнуло в голове Дженнифер.