Уилл подарил Бардалфу кассету с записью концерта модной музыкальной группы, выступавшей совсем недавно в китайском квартале Нью-Йорка, а Энди с энтузиазмом рассказал гостю обо всех эстрадных новостях Колорадо. Пока они прослушивали кассету, Бардалф держал ладонь на руке сына и не отрывал глаз от его лица.

В основном Уилл говорил о людях, с которыми общался во время своего турне по Великим американским озерам. Дженнифер поразилась впечатлениям и выводам десятилетнего мальчика — настолько они были глубоки и содержательны.

— Знаете, миссис Дженнифер, — сказал он, — мне так нравилось общаться с людьми, которые заселяют берега Эри, Онтарио, Мичигана… Они все улыбались и выглядели такими дружелюбными! Не все знали английский, но многие пытались хоть как-то изъясняться на нем. Среди наших собеседников было немало латиноамериканцев, французов, русских… Но должен сказать вам, миссис Дженнифер, что ваши места просто покорили меня! Эти дымчатые горы, зеленые долины, чистые реки и озера — все здесь так изумительно!.. Па, — повернулся Уилл к отцу, — неужели ты в самом деле решил бросить прочный якорь в этих местах?

— А тебе самому, Уилл, хотелось бы жить здесь? — спросил Энди, не дожидаясь ответа Бардалфа.

— Да, — кивнул его сверстник.

— Мне тоже, — мягко заметил Бардалф, — но… Дженнифер поняла, что он не объяснил сыну проблему с «Монтрозским углом» — не сообщил ему, что купил особняк и хочет, чтобы они с Энди уехали отсюда.

— Миссис Дженнифер, вы не возражаете, если мы с папой поселимся у вас? — спросил Уилл.

— Я… нисколько. — Как она могла возражать, если так любила Бардалфа и прониклась такой симпатией к его сыну?

— Тогда у меня как будто появится мама, — заявил подросток. — Я всегда хотел, чтобы у меня была мама, но у отца вечно находились причины, чтобы лишать меня этого счастья.

— Уилл, — заворчал Бардалф.

— И я буду жить в настоящем своем доме с настоящей мамой, — повторил свою мысль подросток. — Я всегда мечтал об этом.

— Твоя мама умерла? — спросил Энди с откровенностью несмышленого мальчишки.

— Да. Когда я родился. Отец сказал, что она была самой красивой женщиной из всех, которых он когда-либо видел. У меня есть ее фотографии, потом я покажу их. Она была жутко талантливая. Писала романы. У нее это получалось даже лучше, чем у отца…

— Уилл, — буркнул опять Бардалф.

— Но это же правда, па. Ведь ты говорил мне, что никогда не любил никакую другую женщину. Помнишь?

— Да, помню, — глухим голосом прошептал Бардалф.

Он выглядел ужасно, отчего Дженнифер стало не по себе. Кто мог заменить ему его идеальную жену? Какая другая женщина могла стать его спутницей жизни?

— Мне бы хотелось, чтобы у меня был отец, — без всякой задней мысли сказал Энди и посмотрел на Бардалфа.

— А что случилось с твоим отцом? — просто спросил Уилл.

— Он не смог найти общего языка с мамой, — негодующим тоном произнес Энди. — Оставил ее в беде. Но она оказалась лучшей мамой в мире. Если хочешь, можешь тоже стать ее сыном.

— А такое по правде возможно? — грустно спросил Уилл.

— Разумеется, Уилл, — ответила Дженнифер. А про себя подумала: если только с этим согласится Бардалф.