Она на цыпочках прокралась к двери, ведущей из его комнаты в коридор, мысленно вознося хвалы тому, кто удосужился постелить здесь ковер. Это сделало ее легкие шаги совсем бесшумными. Добравшись до двери, она увидела, что Роберт оставил ключ в замке. Да, задача не из легких: отпереть дверь ключом и выскользнуть в коридор, при этом проделать все так, чтобы не разбудить Роберта.

Ей пришла в голову мысль, что, возможно, это даже кстати, что Роберт спит нагишом. Даже если она, не дай Бог, разбудит его, у нее будет достаточно времени оторваться от погони, пока он провозится с одеждой. Он, конечно, попробует ее остановить, но вряд ли его решимость простирается настолько, чтобы нестись за ней по улицам Фэвершема в чем мать родила,

Она зажала пальцами ключ и повернула его в замке. Замок издал громкий щелчок. Виктория затаила дыхание и оглянулась через плечо. Роберт сонно забормотал и перевернулся на другой бок, но не проснулся.

Виктория, не дыша, медленно толкнула дверь, молясь; чтобы петли не вздумали скрипеть. Дверь тихонько пискнула, и Роберт снова заворочался на постели и как-то странно зачмокал губами. Наконец, приотворив дверь наполовину, Виктория бесшумно выскользнула в коридор.

Вот она и на свободе! Как, оказывается, все просто, и гордиться-то особенно нечем. Но торжествовать победу еще рано. Она пробежала по коридору и торопливо спустилась по лестнице вниз. В холле, к счастью, никого не было, и Виктории удалось проскочить через входную дверь незамеченной.

Очутившись на улице, она вдруг подумала, что понятия не имеет, куда ей теперь идти. До Белфилда более пятнадцати миль — не так уж и далеко, — но Виктория вынуждена была признать, что ей вовсе не улыбается мысль тащиться ночью пешком по кентерберийской дороге. Нет, лучше спрятаться где-нибудь поблизости, дождаться утра, а когда Роберт умчится на ее поиски, спокойненько нанять карету (слава Богу, деньги у нее есть).

Виктория обулась и осмотрелась вокруг. В конюшнях вполне можно укрыться, а вот еще несколько магазинчиков, в которых тоже наверняка найдутся укромные уголки. А вот…

— Так-так, и кто это здесь у нас?

У Виктории сердце тут же ушло в пятки, а ноги сделались ватными. К ней приближались двое грязных подвыпивших громил. Она испуганно попятилась назад — к гостинице.

— У нас есть несколько пенни, — продолжал один из гуляк. — Назначь цену, красотка.

— Боюсь, вы ошиблись, — пролепетала Виктория.

— Брось ломаться, милашка, — вмешался тут второй и грубо схватил ее за руку. — Мы хотим немного поразвлечься. Будь с нами поласковее.

Виктория вскрикнула от неожиданности — его пальцы больно впились в ее тело.

— Нет-нет, — заплетающимся языком проговорила она, чувствуя, как ее охватывает паника. — Я вовсе не… — Она испуганно умолкла: они все равно ее не слушали. — Я замужняя женщина, — солгала она, повысив голос.

Один из громил оторвал мутный взгляд от ее груди и уставился на нее в полном недоумении. Затем моргнул глазом и затряс головой.

У Виктории перехватило дыхание. По-видимому, святые узы брака их не остановят. Вконец отчаявшись, она выкрикнула:

— Мой супруг — граф Макклсфилд! Если вы хоть пальцем меня тронете, он вас прикончит. Клянусь, вам несдобровать!

Это подействовало — они замешкались в нерешительности. Затем один из них спросил:

— А что жена сият… ик!….. ного графа делает на дворе среди ночи?

— Это очень долгая история, уверяю вас, — принялась на ходу сочинять Виктория, продолжая отступать к гостинице.

— А по-моему, она все врет, — заметил тот, что держал ее за руку.