Не успел разогнуться, получил тяжеленный удар в висок. Николай ничего не понял. Все произошло внезапно. Открылась дверь кабины. Человека не увидел. Лишь газовый баллончик… Что было дальше? Адское удушье. Он потерял сознание.

Кто и как его выволок, куда делись водители и их машина, он не знал.

Ни копейки денег не осталось ни в одном кармане. Хорошо, что уцелели документы. Вот такого и нашла его Варвара на обочине дороги:

беспомощного, ограбленного, полуживого…

Глава 9 <style name="10"><style name="5">ВОСКРЕСШИЙ ИЗ ЖИВЫХ

Оказавшись в телеге, Николай не сразу пришел в себя. Да и то сказать правду стоило, человек не знал, сколько провалялся на обочине без сознания… Он далеко не сразу понял, как груженая фура превратилась в телегу, а Евгений с Григорием — в деревенскую бабу, говорившую с кобылой о брачных объявлениях.

В памяти появился провал. Сколько ни силился, никак не мог восстановить происшедшее. Он долго вспоминал свое имя. И только после встречи с пацанвой на дороге вспомнил все.

«Куда делась машина? Где водители?» Пошарил по карманам, там пусто… До него стало доходить. Вспомнилась рука с газовым баллончиком. Гришка не успел сбросить с подножки грабителя. Тот опередил. Память, как назло, подкинула чей-

то

разрывающий душу крик.

«Кто это орал? Женька или Григорий? Что стало с машиной? Надо сообщить. Но куда, кому? Исчезла вместе с деньгами записная книжка с адресами водителей и Макарыча. Наизусть он их не помнил. Где и как их восстановить? У кого? На все нужны деньги. А их не было даже на кусок хлеба».

Николай мучительно уговаривал себя попросить денег в долг у Варвары, но, глянув на нее, понимал, что эта не даст, не поверит. Ее жизнь била не щадя. И за доверие, пожалуй, за него — в первую

очередь.

«Тут бы самому выжить, хоть немного в себя прийти, чтоб не сдохнуть с голоду», — думал человек, растерявшийся в такой ситуации.

Многое пережил, умел и знал. А тут оказался в чужом месте, среди чужих людей, без гроша.

«Обратиться к ментам? — подумалось однажды, и тут же отматерил самого себя за эту мысль: —

Ворюги деньги украли. А эти душу выколотят. Помогут так, что чертям на том свете закажешь, как к лягавым за помощью обращаться», — сплюнул человек.

«Вот черт, но не жить же мне весь век в этой дыре с чужим бабьем?» — искал выход, думал, не спал

ночами. Он и помогать стал лишь для того, чтобы не спятить.

«Где взять денег на дорогу домой?» — не давала

покоя навязчивая, неотступная идея.

«А почему домой? Надо вернуться к Макарычу, на фуру — к ребятам!» — снова врывается в память чей-то предсмертный вой. И дрогнувшая от ужаса душа снова просила тишины и покоя.

«Хватит мотаться по дорогам. Всех денег не нагребешь. Вон, собирал, копил. Себе во всем отказывал. А толку? Пошли рэкетирам на веселуху! Вот кто меня дураком назовет. И за дело! Эти не копят. Все пробухают в одну ночь. А может, попытаться найти Макарыча?»

Николай вмиг вспомнил, как один из водителей фуры, еле живой, без машины и напарника отыскал Макарыча. Рассказал, как убили сменщика и его оставили лишь потому, что сочли мертвым. Машину угнали. Он без копейки, воруя и побираясь, отыскал Макарыча лишь через полгода. Тот выслушал. Ни один мускул не дрогнул из сочувствия.