Я продолжала улыбаться. Беседы с миссис Эмери освежали не меньше, чем чай.

Когда я проходила мимо кабинета Бенедикта, дверь внезапно отворилась и он с порога улыбнулся мне:

— Ребекка, ты не уделишь мне минутку?

— Конечно.

— Тогда зайди, пожалуйста.

Я вошла. Бенедикт указал мне на кресло, и я села в него. Он занял место за столом, и некоторое время мы глядели друг на друга.

— Я думаю, тебе следует об этом знать, — сказал он, — Я покончил со всеми этими клубами. Все документы подписаны.

— Должно быть, это большое облегчения для вас.

— Да, конечно. Я решился, когда дело дошло до «Дьявольской короны». Следовало сделать это давным-давно.

— Я слышала, что есть возможность занять пост в кабинете министров.

— Возможность есть, — подтвердил он, — Пока это всего лишь возможность, но она может стать реальностью.

— Желаю вам удачи!

— Спасибо.

— Супруги Эмери страстно болеют за вас.

Бенедикт улыбнулся:

— Этого следовало ожидать.

— Они очень преданы вам.

Он кивнул:

— В этих делах преданность очень важна.

— Как и во всех иных.

— Я подумал, что следует рассказать тебе про клубы, поскольку мы уже говорили на эту тему. Твоя мать была бы рада.

Некоторое время мы молчали. Затем он спросил:

— Кстати, не крутится ли где-нибудь поблизости Джерсон?

Я тут же вспомнила, как он выходил из «Судьи-вешателя» вместе с Селестой:

— Возле дома? Нет, по-моему.

— Это хорошо. Я так и не узнал, как он раздобыл этот ключ. А хотелось бы знать. Боюсь, что этого я никогда не узнаю. Такие события неприятно воздействуют на человека. Я всегда был осторожен с этим ключом.

— Да, — согласилась я, — это какая-то загадка.

Я встала. Разговор, похоже, подошел к концу, а наши взаимоотношения хотя и изменились, но еще не стали теплыми. Я сказала:

— Хорошо, что с клубами покончено. Уверена, это к лучшему.

Он кивнул:

— Я решил, что тебе надо рассказать.

Я направилась к двери, но в этот момент он произнес:

— Ты не должна так много времени проводить в провинции. Тебе надо быть в Лондоне, появляться в свете. Для этого и был организован твой сезон.

— Я предпочитаю быть здесь.

— И не пожалеешь об этом впоследствии?

Я пожала плечами.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Что-то случилось… — глупо повторила я.

— Ты в последнее время какая-то подавленная. Тебя что-то угнетает?

— Со мной все в порядке.

— Если я могу чем-то помочь…

Я покачала головой.

— Я действительно думаю, что ты делаешь ошибку, затворяясь здесь. Куда смотрит Морвенна Картрайт?

Разве не она должна была выводить тебя в общество?

— В свое время она так и делала.

— Ну, а сейчас?

— Я считаю, что уже представлена обществу.

— Нехорошо прятаться от мира в глуши.

— Уверяю вас, со мной все в порядке.

— Что ж, если ты так хочешь…

— Я этого хочу.

— Ты уверена, что все нормально? Не могу ли я чем-нибудь помочь?

— Спасибо, мне ничего не нужно.

Бенедикт слегка насмешливо смотрел на меня. Он честно старался наладить отношения между нами, должно быть, внушив себе, что обязан сделать это ради моей мамы.