— Молодец. Позвони жене брата.

— Да-а, позвоню.

— Хочешь кофе? И когда наконец ты будешь готов?

— Мне нужно еще принять ванну, позвонить...

— Джек, не хочешь — как хочешь. Дело твое.

— Ладно, полчаса. Сама-то поднялась?

— Нет.

— Ага, а как же душ?

— Я не принимаю душ по часу, даже вечером.

— Хорошо, значит, полчаса.

Встав с постели, я обнаружил на полу упаковку от презерватива. Подобрав, прочитал название. Наверное, она предпочитает эту марку. Запомнив название, я выкинул смятый пакетик в мусорное ведро возле умывальника.

Она ответила после второго звонка. Голос показался мне более живым, чем месяц назад. В первый момент я даже засомневался, не ошибся ли номером.

— Райлз?

— Джек, где ты? Я беспокоилась.

— Я в Фениксе. Почему ты беспокоилась?

— Как же, ведь я не знаю, что вообще происходит.

— Да, прости, что не позвонил... Все идет нормально. Я здесь с ФБР. Много я сказать не имею права, но они изучают обстоятельства смерти Шона. И еще несколько случаев.

Взглянув в окно, я заметил на горизонте очертания горы. В справочнике для туристов, обнаруженном в комнате, гора называлась Верблюжьей. Прямо в точку.

Не знаю, может быть, я сказал Райли слишком много? Все же вряд ли она продаст эту информацию в «Нэшнл инкуайрер».

— Расследование обнаружило некоторые странности... Они считают, что в случае с Шоном могли упустить из виду важные улики. Гм, они хотят... Райли, в общем, им необходимо извлечь тело Шона из земли и еще раз осмотреть.

Молчание. Я подождал довольно долго.

— Райли?

— Джек... Почему?

— Это для дела... для расследования то есть.

— Но что им нужно? А они... они не будут опять его вскрывать?

Последнее она произнесла уже сдавленным шепотом, и тут я понял, насколько топорно выполнил свое поручение насчет звонка.

— О нет. Вовсе нет. Видишь ли, все, что им нужно, — это взглянуть на его руки. И больше ничего. Райли, разреши им. Иначе придется обращаться в суд, а это очень долгая процедура.

— Руки? Джек, в чем дело?

— Это целая история. На самом деле мне не следует тебе рассказывать, но я скажу. Они предполагают, что тот человек... тот, кто его убил, пытался загипнотизировать Шона. Они посмотрят на пальцы: нет ли на них следов от уколов? Это вроде теста, по которому можно определить, загипнотизировали Шона или нет.

Снова молчание в трубке.

— И еще одно, — продолжал я. — У Шона был кашель или простуда? Ну, до того дня, когда все произошло?

— Да, он неважно себя чувствовал, — ответила Райли после секундного колебания. — Я ведь просила его остаться дома. Мне было нехорошо, и я хотела, чтобы он остался со мной. Сказать почему?

— Почему?

— Потому что я беременна. Я узнала об этом только теперь, в эту среду.

Я обескураженно помолчал.

— Ну, Райли, я тебя поздравляю. Прекрасно! Ты сказала родителям?

— Да, они уже знают и очень счастливы. Все как в сказке. Во-первых, потому что я не знала сама, и еще потому, что мы на самом деле не старались.

— Чудесная новость.

Теперь я вообще не представлял, как вернуться к нашему разговору. Наконец я произнес, нарочито грубо вытолкнув ее в реальность:

— Мне нужно идти, Райли. Так что им сказать?

— Ты сдала номер?

— Нет, таково правило ФБР.